Книга Ты – мое наказание, страница 18 – Наталья Юнина

— Спасибо, Настенька, за разъяснения, – я лучше кусты тебе удобрю.

— Вас не напугал такой туалет? – да хрен тебе на постном масле.

— А что должен?

— Ну раз нет, пойдемте в дом.

Даже не скрывает свою неприязнь, как все нормальные люди. Где только такая родилась. Точнее, от кого. Костя на редкость адекватный и нормальный мужик. Остается неадекватная мать. Хотя, влияние явно оказали дед и бабка. Последняя особо. Не надо обладать экстрасенсорными способностями, чтобы понять, что бабку, в отличие от деда, она не любила.

В доме меня подвохов не ожидает. Настя выделяет мне небольшую отдельную комнату с придвинутой к стене кровати. Выделенное белье радует чистотой и запахом.

— Спасибо.

— Не передумали есть?

— Не передумал. Я жутко голоден, – прохожу вслед за ней на кухню. – Я хочу салат из свежих помидоров черри, авокадо, рукколой и проростков пшеницы, заправленный оливковым маслом. А в качестве основного блюда я хочу сибаса. Справишься?

— Да.

— Да? – скрыть удивление в голосе у меня не удается от слова совсем.

— Да, я тоже хочу, чтобы ты съебас из моей кухни и дома.

— О, мы наконец-то перешли на ты. Это однозначно облегчает общение.

— Есть пирожки с ливером и кровянка. Готовить до утра я больше ничего не буду. Доставать?

— А с ливером это что? С печенью? А кровянка?

— Ливер – это почки, печень, сердце, легкие, желудок и другие внутренности. Кровянка – это колбаса на основе крови и гречки, – кровь мне еще есть не приходилось. От чего вероятность извергнуть содержимое желудка будет меньше?

— Ясно.

Каюсь, скрыть брезгливость мне не удается. И все-таки Настя та еще Падловна. В этом я убеждаюсь, когда она достает из холодильника блины и ставит их в микроволновку. Зараза колхозная. Когда на столе появляется тарелка с нереальным запахом, у меня начинается активное слюноотделение.

— С мясом, – бурчит себе под нос и порывается уйти из кухни.

— Не могла бы ты остаться со мной и рассказать, например, о деревне. Какие у вас тут есть развлечения?

Был бы рядом нож, точно бы пырнула в меня. Злюка усаживается на стул напротив. Я же принимаюсь уминать блины. Несмотря на то, что мои пальцы все в масле, эта холестериновая бомба просто объеденье.

— В деревне работают, а не отдыхают. Если скучно, можно развлечься чисткой грибов, которые я из-за вас не успела ни почистить, ни отварить. Как вам такое развлечение?

— Так себе.

— Можно еще траву покосить. Или дрова нарубить. Но городские мужчины все рукожопые ведь, – вот ты удивишься, когда я тебе тут все разрублю. – Значит, вам такое развлечение не по вкусу. Для вас есть, разве что дискотека по выходным.

— Последнее прям замечательно. Давно не дрыгался. Пойдем вместе?

— Побегу.

— Замечательно. А расскажи мне о себе. Кто были твои родители?

— Мама и папа.

— А ты всегда такая прямая?

— Почему прямая? У меня очень даже хорошая талия, да и попа тоже. С грудью, правда, напряженка.

— Ясно.

Вот только ничего мне не ясно. Стоит ей взглянуть на телефон, как она меняется в лице.

— Вы ешьте, а мне…кур надо накормить.

С каких пор кур кормят в такое время? Хотя, эта может. Однако, я зачем-то поднимаюсь на второй этаж в выделенную мне комнату и подхожу к окну. Недалеко от Настиного забора стоит машина. Для деревенских жителей такая марка это что-то запредельное.