Книга (не) Моя доярушка, страница 34 – Анастасия Боровик

— Маша, — тяжело произнёс Толик, и моя пышечка отвернулась от меня и принялась рассматривать моего друга. Она прислонилась к нему, положив свою мягкую ладонь на его лоб, а он накрыл её руку своей. Девушка улыбалась и успокаивала умирающего дрыща, а я остановился и просто продолжил смотреть на воркующих голубей. Один из которых был явно заразный.

И что делать? Хорошо, что не подошёл, сейчас бы получил от ворот поворот. Но и этому гаденышу не дам мою девочку трогать. Подошёл и забрал Толика, сказав, что нам надо пойти одеться.

Все мужчины вышли из бани красные, довольные. Митяй с дедом снова выпили, а я уже отказался. Толик набросился на еду, как будто до этого сто лет не ел, видимо, заедал первый и последний поход в баню. Борис пригласил нас всех прийти завтра на вечерний костёр, и мы с радостью приняли его приглашение. Тем более большинство ребят поедут домой, и такой прощальный вечерок станет приятным воспоминанием.

После нас в баню пошли Маша и моя сестра. Сначала выскочила довольная Белка, где её уже подхватывал Серёжа, переживая, что ей может стать так же плохо, как Толику. Но моя сестра чувствовала себя лучше, чем все остальные. Лёгкий красный румянец на её оливковой коже говорил, что её там тоже веником побили.

Машенька вышла в голубом халатике. Моя свежеиспечённая булочка была раскрасневшаяся, румяная, и от её лица и тела исходил пар. В штанах стало тесно, вся кровь прилила к низу живота. Любой, кто бы на меня посмотрел, мог бы увидеть, куда была направлена моя компасная стрелка. Что делать дальше? Осмотревшись по сторонам, я встретился взглядом с Сергеем. Он едва заметно кивнул в сторону Маши и одними губами произнёс: «Иди».

И я пошёл. Точнее, поскакал к ней, к моей мечте, к девушке, которая уже вторую ночь не выходит из моей головы, с которой я хочу сделать все свои сокровенные желания, и неважно где.

Маша вытирала волосы полотенцем, когда я подскочил к ней близко. Она удивленно посмотрела, и глаза ее, кажется, заблестели. Не дожидаясь вопроса, что я тут забыл рядом с ней, быстро выдавил:

— Ты любишь лазанью?

Девушка пожала плечами и задумалась, но я не дал ей ответить.

— Я хочу тебя позвать на лазанью, ты пойдешь со мной на лазанью?

Идиот, возьми себя в руки. Подумай лучше. Я добавил:

— Вдвоем.

Этого было недостаточно. Она не должна отказаться, и я с волнением добавил:

— После прополки грядок, доения коровы, кормления свиней, кур, укладывания несносного деда спать, готовки и кучи всего. Ты же пойдешь со мной есть лазанью, которую я сделаю для тебя?

Маша смущённо улыбнулась, её щёки стали ещё более пунцовыми, и она произнесла:

— Давай сделаем её вместе.

Машенька

В окно светил лунный свет, а лёгкий ветерок проникал в комнату через приоткрытую форточку. Моя голова расположилась на мягкой взбитой подушке, пока тело укрывало воздушное пуховое одеялко. К вечеру бельё становилось прохладным и приятно охлаждало кожу после бани. Немного поворочавшись, я полностью укрылась одеялом, оставив лишь нос и щёки открытыми.

Мне было так уютно, что в мыслях всплыли события сегодняшнего дня. Особенно запомнилось признание Беллы в бане: она сказала, что любит Толика.

— Однажды, Маша, он об этом узнает, — говорила мне девушка. — Он лёгкий, ненапрягающий. Всегда меня поддерживает, в отличие от моего брата или Серёжи, который вообще с меня глаз не спускает. Зануда, всё время всё мне запрещает. Холодный, как айсберг! — причитала Изабелла.