Книга Клюква в сахаре, страница 82 – Анастасия Боровик

— Да, я понимаю, что ты и так сделала для меня слишком много… Я не ошиблась в тебе, — сказала она. Зоя посмотрела на неё:

— Почему вы решили мне помочь? И почему вы думаете, что мы… — она замялась. Екатерина засмеялась, передала мальчика обратно отцу, обняла Зою и прошептала ей на ухо, чтобы Егор не слышал:

— Ты похожа на меня в молодости, а сыновья выбирают, глядя на матерей.

Они ещё некоторое время говорили, Зоя рассказывала ей обо всём, а Екатерина, сжимая лицо, напряжённо слушала. Когда девушка сказала, что они поженятся, её лицо просветлело, и она попросила фотографию со свадьбы. Егор отреагировал бурно, но Зоя взяла его за руку и успокоила:

— Да, фотография будет, всё-таки благодаря вам мы вместе.

Выйдя из здания, Егор обиженно сказал:

— Я бы и так тебя нашёл. Ты пришла бы ко мне в издательство рано или поздно, и я бы сразу понял, что ты моя…

— Возможно, перед тобой сложно было бы устоять…

Когда они садились в машину, мужчина все еще был злой, не в силах успокоиться. Но Клюква тихо произнесла:

— Егор, поверь, её жизнь никогда не будет счастливой. Над ней всегда будут висеть её прошлые ошибки. Она совершила ужасный поступок, это и так очевидно. Твоя мать лишена любви сына, не увидит, как растёт её внук, и никогда не сможет получить прощения, даже если очень захочет. Она уже на самом дне. И если ей нужно хоть какое-то утешение — просто фотография, в знак благодарности за то, что она родила тебя, вырастила, помогла мне и стала нашим связующим звеном, то она её получит.

— Ты представляешь, каково мне видеться с Мариной и со всеми остальными? Каждый раз осознавать, что я сын убийцы, — произнёс Егор, впервые заговорив на эту тему.

— Ты не в силах вернуть прошлое, отпусти его и позволь другим пережить то, что произошло. Не ты убивал и не ты бросал. Не суди, да не судимым будешь. У тебя есть мы, а у нас — ты, и впереди целая новая жизнь. Вступай в неё с открытым сердцем, иначе тьма снова возьмёт верх, — сказала девушка, сжимая губы и внимательно глядя на мужчину.

— Я так счастлив, что ты у меня есть… Моя душа… — произнес мужчина, отпуская свою ярость.

Мужчина в джинсах и белой футболке стоял на краю утёса Мохер, глядя вдаль. Свежий морской бриз обдувал его лицо, наполняя его ощущением свободы и счастья.

За последнее время в его жизни произошло много событий, он сам изменился, но природа, окружающая его, оставалась такой же прекрасной и вечной. Егор держал за руку своего сына Рому, который, заворожённый, наблюдал за волнами, бьющимися о скалы. С волнением и некоторой опаской он спросил у отца:

— Папа, здесь ты познакомился с мамой? Правда?

Егор повернулся к мальчику и улыбнулся. У него были светлые волосы, круглый подбородок и голубые глаза, как у него самого, а губы — как у его любимой Зои.

— Да, Сахарок, именно здесь мы с мамой познакомились и полюбили друг друга.

— Не называй меня так, я уже большой, — надул губы восьмилетний мальчик, а его папа только рассмеялся.

— Хорошо, Ромка, но ты всё равно для нас Сахарок, самый сладкий мальчик на свете, — произнес мужчина, растрепав светлую голову сына.

Он повернул голову и увидел, как к ним приближается женщина, держа за руку темноволосого пятилетнего мальчика. Прошло уже много лет, но он всё так же с любовью смотрел на свою красивую жену, одетую в легкое голубое платье, которое делало её юной и очаровательной. Длинные темные волосы Зои развивались на ветру, и она, улыбаясь, поправляла их назад. Увидев своих близких, она помахала им правой рукой, а левой держала за руку темноволосого мальчика.