Книга Отношения без обязательств, страница 70 – Asya Qui

Естественно, никто не появляется. В доме стоит гробовая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене. Соберись, Джейсон! Ты должен всё ей рассказать. Нельзя больше оттягивать этот момент. Подхожу к Ларе, разворачиваю её к себе. Заглядываю в глаза, такие красивые.

— Есть кое — что важное, что я должен тебе сказать.

Она напрягается. Её плечи поднимаются, словно готовясь к удару. Блядь, как же это тяжело! Её беззащитный взгляд разрывает мне сердце. Не хочу делать ей больно, но и позволить ей жить в иллюзии тоже не могу. Это было бы неправильно по отношению к ней. Прижимаю её к груди, чтобы не видеть этих глаз, которые, кажется, могут заглянуть в самую душу.

— Чёрт, я так боюсь твоей реакции. Что ты просто не выдержишь этого удара снова.

— О чём ты? — в её голосе слышна тревога.

— Помнишь, что случилось ночью 5 августа четыре года назад? — мой голос дрожит, выдавая внутреннее напряжение.

Она вся напрягается, её тело становится жестким, как струна.

— Да, конечно помню. Зачем ты спрашиваешь? И откуда ты вообще об этом знаешь? — в её голосе слышится нотка паники.

— Расскажи мне, что именно тогда произошло? — мягко прошу, поглаживая её по спине, пытаясь успокоить.

— Зачем тебе эти подробности? Я не могу… не хочу возвращаться к этому, — она явно пытается уйти от болезненных воспоминаний.

— Я просто хочу понять. Понять тебя. Пожалуйста, расскажи, — крепче прижимаю её к себе.

Её хрупкое тело кажется таким беззащитным в моих объятиях. Я готов защищать её от всего мира, но сейчас я тот, кто может причинить ей боль. И это убивает меня изнутри.

— Лара, расскажи мне, что случилось той ночью, — мягко прошу, стараясь не давить на нее.

Мой голос звучит тихо и успокаивающе, как будто я разговариваю с испуганным ребенком. Она молчит несколько секунд. Затем тяжело вздыхает, словно собираясь с силами перед прыжком в ледяную воду:

— Джейк… он изнасиловал меня. А потом оттолкнул Ника так сильно, что тот ударился головой.

— А что было потом? — осторожно спрашиваю, боясь спугнуть ее откровенность.

— Я… я побежала к Нику. Он был без сознания, я несла его в больницу, — она говорит почти шепотом, словно боясь, что кто — то подслушает. — А потом я сама отключилась. Все вокруг закружилось, и наступила темнота.

— Что произошло в больнице, когда ты очнулась? — продолжаю свои расспросы, чувствуя, что мы подбираемся к чему — то важному.

— Я не помню! — вдруг кричит Лара, отшатываясь от меня, словно от удара.

Ее глаза широко раскрыты, в них плещется паника.

— Зачем ты спрашиваешь? Я правда не знаю, что там было!

Ее голос звучит обвиняюще, но я вижу в ее глазах только страх — глубокий, первобытный страх загнанного в угол животного.

— Лара, иди сюда, — говорю, как можно спокойнее, стараясь вложить в свои слова всю теплоту и поддержку, на которую способен.

Она делает несколько неуверенных шагов ко мне, словно идет по тонкому льду. Кладу руку ей на плечо. Черт, как же ей досталось. Мне хочется ее утешить, защитить от всех бед мира, но я не знаю как.

Делаю глубокий вдох, собираясь с силами, чувствуя, как воздух застревает в горле.

— Лара, послушай меня внимательно, — начинаю.

Каждое слово кажется тяжелым, будто оно весит тонну.

— То, что я скажу, будет тяжело услышать, но это правда. Я не хочу, чтобы у тебя оставались иллюзии или ложные надежды. Твой сын Ник… он погиб в ту ночь.