Книга Принцип неопределенности, страница 107 – Екатерина Рыжая

— А может она действительно была девственницей? — Лола моментально посерьезнела. Такие темы не стоит обсуждать с усмешкой. Здесь велика вероятность не только растоптать самого влиятельно продюсера страны, но и его известную дочь.

— Да, а девственность за пару недель до вечеринки восстанавливала не Регина, а ее идентичный двойник с ее документами. — Голос Полонского сочится ядом и ненавистью, но его можно понять. Именно Регина показала своей сестре, что так можно заполучить понравившегося парня, и плевать на его мнение.

— Лола, милая, не переживай — Тимур перехватил инициативу. — Все, о чем мы говорим, не голые слова. У нас есть доказательства, которые сегодня были направлены в соответствующие органы. Мы не обвиняем никого, мы рассказываем свою историю.

— Но то, что он сделал это незаконно! Этому просто нет оправданий.

— Тем не менее выбор был или изменить условия контракта или идти под следствие за изнасилование. Не скажу, что был особо умным. По-хорошему, нужно было требовать экспертизу, сдавать анализы, нанимать адвоката. Но я был напуганным мальчишкой, который пошел по пути наименьшего сопротивления и оказался с кабальным контрактом и навязанным браком. Так продолжалось последние несколько лет.

— А что изменилось сейчас? — Лола тихо спросила, потрясенная развернувшейся драмой. Даже для циничной и жесткой Джанишвили поступок Бертца был чем-то отвратительным.

— Я впервые в своей жизни влюбился. В замечательную девушку. Солнечную, светлую и искреннюю. Мне было плевать и на группу, и на музыку. Я был готов уйти в никуда, оставив все права на песни продюсеру. Только Регина не захотела развода. Она вбила себе в голову, что любит меня и что готова на все, чтобы сохранить на брак. А Бертц готов на все ради дочерей, в том числе и пойти на преступление. Да и терять золотого соловья такая себе перспектива, особенно после демонстрации широкой публике полного потенциала моего голоса на музыкальной премии.

— Все же не фонограмма?

— Нет.

— Я знаю, что вы с ребятами хотели сделать какое-то заявление. “Объективно” с радостью предоставит вам возможность обратиться к нашим зрителям.

— Спасибо. — Теперь на мониторе появилось фото Ульяны. Одно из последних ее фото, которое есть у меня в телефоне. На нем она широко улыбается в объектив, а ее глаза счастливо блестят. — Это Ульяна, и я люблю ее больше своей музыки, больше своей жизни. Мы достоверно знаем, что Регина Бертц связалась с плохим человеком и пообещала заплатить ему большие деньги, если она пропадет из нашей жизни. На следующий день после премии, моя девочка пропала. И уже девять дней мы не можем ее нигде найти. Пожалуйста, если вы знаете что-либо о ее местонахождении, сообщите мне по указанному номеру. Нам очень важна любая информация. Солнце, я очень по тебе скучаю. Умоляю тебя, найдись…

Знаю, что мое лицо специально взяли крупным планом, чтобы на всю страну продемонстрировать слезы в моих глазах. Это бесцеремонно и нагло, но если для того, чтобы вернуть мою девочку, мне нужно обнажить душу, то так тому и быть.

Месяц спустя

— Яночка, девочка моя, ну куда ты таскаешь такие тяжести? Тебе еще нельзя!

Санитарка тетя Валя, не переставая причитать, мягко отбирает у меня два пакета с фруктами. Они на самом деле довольно легкие, но почему-то ко мне все в больнице относятся с такой заботой, что порой хочется плакать. Я понимаю, что мне очень повезло, но иногда хочется возразить, что не надо так со мной, я же не инвалид.