Книга Одержимая, страница 51 – Екатерина Рыжая

Марина нервно расправила подол черной юбки и улыбнулась Тамаре. Максим ледяной статуей застыл около зала суда – процесс должен был начаться через пятнадцать минут. Он понимал, что адвокаты Климовых будут непробиваемы, и, если честно, готов был почти к любому исходу. Но Ри боролась, и он тоже не мог позволить себе опустить руки.

Заседание началось без задержек и проходило с минимальным количеством журналистов. Кстати, запрет на близкое приближение к Климову до сих пор действовал, и Марине пришлось пристроиться подальше, практически к противоположной от места обвиняемого стене. Она напряженно всматривалась в присяжных, прокурора, судью, пытаясь по глазам или по жестам понять, что они думают об этом деле. Даже длинные, полные юридических терминов речи не наводили на нее тоски – Ри вслушивалась в каждое слово, иногда бросая быстрый взгляд на Макса, чтобы понять положение вещей.

А потом потянулась череда свидетелей. Следователи работали не совсем халтурно, хотя и не выкладывались по полной, и некоторые нюансы были безвозвратно упущены. Однако прокурор оказался амбициозным и хватким – образ Климова вырисовывался достаточно негативным. Здесь была и брошенная учеба, и отсутствие работы, и постоянные вечеринки. Пожилая женщина на скамье присяжных недовольно поджала губы, и Ри позволила себе немного расслабиться.

— Следующий свидетель, Михаил Ликанин!

В ту же минуту, как в зал уверенно и неторопливо вошел высокий блондин в черном костюме, сердце Марины сжалось от неприятного предчувствия. Несмотря на цивильную и серьезную одежду она сразу же узнала его. Тот, кто сумел развести их с Алексом на несколько долгих месяцев, самый большой любитель развлечений и любимец желтой прессы – Мика.

Он трезв и чист, лицо серьезно и сосредоточенно, а светлые волосы в сочетании с зелеными глазами делали его похожим на херувима. Хотя никто не знал, что на самом деле он и чистота понятия противоположные. Марина, прищурив глаза, внимательно наблюдала, как Мика принимает присягу, клянется говорить правду, а потом начинается допрос.

— Гражданин Ликанин, вы знакомы с подсудимым, Станиславом Климовым?

— Нет. Я был другом покойного. – На этой фразе Ри недоуменно переглянулась с Максимом. Уж кого, а Мика точно нельзя было назвать другом Алекса. Скорее, они были знакомыми, но даже простое знакомство носило негативный характер – слишком откровенно он завидовал ее возлюбленному.

— Где вы были двадцать девятого апреля в девять часов вечера?

— Дома. Я весь день был дома.

— Протестую! Вопрос не имеет никакого отношения к текущему делу. – Адвокат протестует настолько вяло, что это кажется дурной актерской игрой, и Марину мутит от плохого предчувствия.

— Ваша честь, Вы сейчас поймете насколько важны показания этого свидетеля. Даже в тех моментах, которые на первый взгляд не относится к текущему процессу. – Судья одобрительно кивает головой, и допрос продолжается. – Господин Ликанин, Вы были одни дома?

— В девять часов вечера да. Но до этого ко мне приезжал Алекс. Простите, Александр Малютин.

— Он часто к вам приезжал?

— Периодически. В последнее время все чаще, он пребывал в постоянно стрессе из-за предстоящей свадьбы. Ему требовалось расслабиться.

— И как Малютин хотел расслабиться?

— Он требовал достать ему наркотики.