Книга Измена. Почему бы и нет, страница 19 – Екатерина Рыжая

Устало сажусь на кровать и выдыхаю. Конечности словно налиты свинцом и еле-еле двигаются. Сил хватает только на то, чтобы заползти под покрывало и сжаться в клубочек. Внезапно в нос ударяет запах Марат. Подушка пахнет его шампунем и последние остатки выдержки сметает волна новой боли.

Слезы хлынули ручьем. Я некрасиво всхлипнула и завыла. Это была обычная бабская истерика, которые всегда высмеивало общество, в котором мне приходилось вращаться с детства. Мир, в котором измены это нечто обыденное и незначительное, никогда не был моим, но тем не менее настиг меня, в самый неподходящий момент.

— Почему, Марат, почему? Я же любила тебя больше всего на свете! Я же все для тебя делала! Ты всегда был моим самым важным человеком, я каждый день делала выбор в твою пользу. Оставила свои интересы, заткнула свой характер. Я бы босиком по осколкам ради тебя пошла бы, лишь бы ты был счастлив. Зачем ты так со мной? Зачем ты так с нашей семьей?

Подушка промокла от нескончаемых рыданий. Я захлебывалась слезами, но не могла перестать плакать. Все мое самовнушение было ложью — завтра не будет легче, завтра будет только хуже. И в этой новой реальности мне теперь предстоит жить.

А ведь три с половиной года назад я была счастлива, и даже думать не могла, что через пару лет он разобьет мне сердце.

Диана

Три с половиной года назад

— Диана! Немедленно вернись и извинись перед Кириллом Николаевичем!

Истеричные крики мамы слышны даже в саду, но мне уже все равно. Я не просила ее приводить в дом мужчину, который старше меня на тридцать лет. Тем более навязывать мне его в мужья. А раз это полностью ее инициатива, то и разбираться с итогами этого сватовства придется ей.

По мнению моей дражайшей родительницы, возраст только придает мужчине привлекательности, а еще больше его украшает внушительное состояние и недвижимость по всему миру. Жаль, что это еще один вопрос, в котором мы придерживаемся противоположных точек зрения.

Конечно, я не первый раз сбегаю с этих древних смотрин, на которых мне полагается чинно сидеть и строить глазки любому, в кого ткнет наманикюренным пальчиком мама, поэтому она успела подстраховаться и у парадного выхода меня ждет охрана. Не страшно, у меня еще три запасных пути отступления.

Проскальзываю через французские окна в сад и сразу же наталкиваюсь на садовника. Мы смотрим друг на другу секунд тридцать, прежде чем он с улыбкой на лице отворачивается от меня. Я облегченно выдыхаю. Мои высокомерные родители-снобы платили своими сотрудникам очень хорошее жалование, но относились к ним как к прислуге, которая гораздо ниже их по социальному статусу. Мне же это всегда казалось несправедливым и глупым, поэтому я относилась с уважением ко всем, начиная посудомойкой и заканчивая дворецким. Как оказалось, они тоже были настроены по отношению ко мне вполне дружелюбною

То, что садовник находится здесь вполне непрозрачный намек на то, что задняя калитка не заперта, а значит мне даже не придется лезть через забор. Подхватываю рюкзак и быстро бегу по ухоженным дорожкам, с каждым метром удаляясь от причитания матери. Безусловно, избежать скандала не выйдет, но к вечеру родители успеют немного успокоиться.

Уже за забором я позволила себе звонко рассмеяться, пока со всех ног бежала к месту встречи со своей лучшей подругой Евгенией, для близких друзей просто Жекой. Она нервно покусывала нижнюю губу и постоянно посматривала на часы. Что ж, мои опоздания уже давно вошли в легенду.