Книга Измена. Закрыть гештальт, страница 112 – Екатерина Рыжая

Ранним утром здесь не очень людно, поэтому мне удается найти свободную скамейку с видом на синюю морскую гладь. Пока не очень жарко, и приятный соленый бриз приносит легкую прохладу. Еще пару часов и набережную заполонит куча девушек с яркими пакетами из ближайших магазинов, которые надувают губки и выпрашивают у своих мужчин еще одно платьишко.

В такие минуты мне становится грустно, потому что мне тоже хочется, чтобы Ярослав был рядом. Я даже больше его ненавижу, словно моя беременность растворила все негативные эмоции, что отравляли мою жизнь. Но все же не могу переступить через себя и набрать его номер. Может дело в детской обиде на то, что он бросил меня, решив найти себе кого-нибудь попроще, а может это страх, что мне снова ответит женский голос, который с явным превосходством попросит меня больше не звонить по этому номеру. Все же тяжело быть беременной девушкой, когда твое настроение меняется со скоростью света, а эмоции бегут впереди разума. Единственное, что в такие минуты мне помогает, это беседы с моим малышом.

— Не переживай, детка. У тебя будет папа. — Я слегка поглаживаю небольшой животик, который еле заметен из-за свободного сарафана. — По крайне мере, у меня и в мыслях нет тебя прятать всю жизнь. Повлиять на его решения я, правда, не смогу, но очень рассчитываю на то, что твой папа обрадуется твоему появлению. Ведь тебя невозможно не любить. Лично я полюбила тебя с первой секунды, как поняла, что ты у меня есть.

Эта бессвязная речь заметно успокаивает меня. Пульс замедляется, а дыхание выравнивается. Мне нужно совсем немного, чтобы окончательно прийти в себя, но внезапно я остро чувствую чужой жадный взгляд.

Раньше мне казалось, что такое бывает только в романах, и теперь мне непонятно как реагировать на это. Потому что я явно ощущаю, как чьи-то глаза скользят по моей фигуре, и тело почему-то реагирует сладким томлением.

Барселону нельзя назвать самым безопасным городом, поэтому я выпрямляюсь на скамейке и начинаю лихорадочно осматриваться по сторонам. Однако в мою сторону никто и не смотрит, думаю, что местные жители уже привыкли к сумасшедшей русской, которая периодически разговаривает с морем. Не исключаю возможностей, что кто-то из туристов решает стоит ли ко мне подкатывать, и несколько минут, я на полном серьезе думаю не стоит ли мне вернуться домой, чтобы спрятаться от назойливого внимания, но маленькая квартирка моментально проигрывает прекрасному виду и солоноватому морскому воздуху. Да и чего мне опасаться, у меня за спиной большой опыт по отшиванию навязчивых незнакомцев.

Я снова откидываюсь на скамейку и, прикрывая глаза, подставляю лицо солнцу. Мне не хочется подвергать ребенка опасности, поэтому у меня и в мыслях не было загорать на пляже, но солнечные ванны заряжают меня хорошим настроением, тем более что длятся не так уж и долго.

Однако не более чем через пять минут кто подходит ко мне, заслоняя лучи солнца. Испанцы достаточно дружелюбны, поэтому я стараюсь сразу же сгладить конфликт, не привлекая излишнего внимания.

— Lo siento, me está ocultando el sol. (Простите, но вы заслоняете мне солнце)

Мне никто не отвечает, и лишь тогда я недовольно отодвигаюсь и открываю глаза. Солнце светит мне в лицо, а незнакомцу в спину. Так что мне не удается сразу разглядеть того, кто нарушил мой покой. Все, что мне удается разглядеть, так это то, что рядом с моей скамейкой стоит высокий и широкоплечий мужчина.