Книга Седьмая жизнь, страница 24 – Алёна Берндт

Волнуясь, Павел замолчал и разлил по чашкам принесённый для них чай. Аромат лимона поплыл в воздухе, почему-то успокаивая их обоих…

— Я мог бы много вам еще рассказать, но думаю, что для этого у нас с вами еще будет время, Катюша. Вы же позволите мне вас так называть? – тут Катя кивнула в ответ на слова мужчины, – Так вот, Катюша, Валентина Петровна была умным и добрым человеком… И любила вас, как бы удивительно для вас это сейчас не звучало. И потому, она уполномочила меня заняться передачей своего имущества именно вам.

— Мне? – удивленно ответила Катя, – Но ведь тётя Флюра сказала, что они ухаживали за бабушкой… я думаю, что она оставила наследство им…

— Валентина Петровна не нуждалась в уходе, она была очень активна, преподавала в медакадемии, занималась адаптивным спортом! – немного резковато ответил Павел, – Всё произошло неожиданно… У вашей бабушки были проблемы с сердцем, но ничего серьёзного, она просто обследовалась регулярно в хорошей клинике. В тот день она приехала на очередное обследование, но упала, когда поднималась по лестнице… всё произошло мгновенно – оторвался тромб. А вот Флюра Фаизовна и её семейство… вот именно из-за них всё и было оформлено таким образом, о чём я вам расскажу.

— Каким-то образом узнав о лечении Валентины Петровны в кардиологии, не далее, как месяца за три – четыре до её кончины, Флюра вдруг зачастила к ней в гости. То сама, то посылая дочку Жанну с небольшим гостинцем. Мы с Валентиной Петровной знали, что Флюра работает риелтором, и даже слышали о нескольких инцидентах с её участием. Но доказано ничего не было, юридически всё было оформлено по закону… Тогда Валентина Петровна и задумалась о том, что же будет дальше…

Тут Павел подтянул к себе лежавшую на столе папку и открыл её.

Катя поняла, что всё будет не так-то просто, как она ожидала, дело было тут вовсе не в Шуберте, как и предсказывала Светланка… Кот не был нужен ни Флюре, ни Жанне, дело всё было совершенно в другом.

Павел доставал из папки документы и раскладывал их на столе. Катя почему-то огорчилась… ей было так жаль, что они с бабушкой Валей не общались при жизни, а теперь она уже никогда не узнает, какой была Валентина Петровна… только если со слов Павла.

— Большого богатства Валентина Петровна не скопила, все свои средства и силы она тратила в основном на таких, как я. Но всё же… Флюра Фаизовна почему-то решила, что у одинокой женщины, которая всю жизнь прожила «сама для себя» (это её слова, кстати), просто не может не быть существенных накоплений. Да, она приходила ко мне, эта самая Жанна, якобы за консультацией. Выспрашивала, усиленно махая ресницами и дуя губки, про Валентину Петровну… Не дай Бог никому таких родственничков! Мы долго обсуждали с Валентиной Петровной это, и потом она приняла решение, которое не позволила мне оспорить. Буквально за месяц с небольшим до своей кончины, Валентина Петровна обратилась к очень именитому психиатру и получила официальное заключение о своей собственной вменяемости и психическом здоровье. А потом оформила свою квартиру и небольшую дачу… на меня. По дарственной. Так же на моё имя был переоформлен её денежный вклад, не очень большой, но вполне весомый. Условие, поставленное мне Валентиной Петровной, было одно – передать это всё вам, после её кончины. Почему с такими сложностями? Ну, здесь много причин, но основная – это избавить вас от судебных тяжб с родственниками. Валентина Петровна считала, что у вас очень мягкий характер, говорила – у Катюши светлая душа… Да и вообще, зачем вам тратить время, нервы и средства на битвы с этими пираньями! Если есть для этого я!