Книга Медвежий Яр. Часть 1, страница 69 – Алёна Берндт

Виталий, как справедливо предполагал Константин Нестеров, долго в бригадирах не задержался, и уже через полгода перешёл с должности мастера на начальника цеха. Но вот все попытки Нестерова продвинуть его выше успехом не увенчались – Виталий нашёл для себя ту самую золотую середину, когда кроме работы успеваешь еще и жить.

Фёдор уже учился в пятом классе, учёба давалась ему легко, и кроме неё он успевал еще заниматься с бабушкой языками, которых теперь уже изучал целых три – потому что школьной программой было предусмотрено изучение английского.

С Виталием же Фёдор водил не просто тесную дружбу, они были, так сказать, единомышленниками, собратьями по интересам. С самого своего приезда в Бобровку Виталий был дружен с семейством местного егеря, младший сын которого, Дима, был ровесником Федюньки и его одноклассником. Вся эта «честна́я компания», основательно собравшись, частенько отправлялась на дальнюю заимку, добраться до которой можно было только пройдя на лодке вверх по реке, а потом еще пешком по непролазному лесу. Мальчишки с упоением учились разводить костёр, искать и различать следы зверей и птиц, находить тропу по едва заметным приметам, и прочим премудростям, какие просто обязан знать человек, который живёт на самом краю огромного леса.

Лиза же, хоть и тщательно это скрывала, но каждый раз, когда «мальчишки», как звала Виталия и Федю Варвара, собирались с Гавриловыми «на обход», у неё холодело и почти останавливалось сердце. Она боялась реки и не доверяла ей, хотя и прекрасно знала, что Фёдор давно уже умеет плавать получше неё самой, и Пётр Гаврилов никогда не допускает поездки мальчиков в лодке без того, чтобы лично не проверить, как на Феде и Диме завязаны спасжилеты. Но всё равно, память никак не хотела отпускать её до конца, и эти дни, пока родных не было дома, Лиза нервно ходила из-угла в угол и не могла думать ни о чём другом, кроме их возвращения.

Но когда довольный и счастливый Федюнька по возвращению с восторгом рассказывал ей, что дядя Петя давал им с Димой подержать настоящее ружьё, и еще они стреляли из «мелкашки», то понимала – Виталий правильно поступает, что учит Фёдора тому, чего боится она сама, но именно эти знания и могут обезопасить его. Все эти умения никогда не позволят заблудиться в лесу или оказаться там совершенно беспомощным.

Наташа и Юра жили теперь в Перми, но регулярно навещали родителей, а Шурочка проводила все каникулы в Бобровке, и иногда жаловалась Лизе, что очень хотела бы вообще остаться здесь, потому что в городе у неё и друзей почти что нет.

— Да и мне там особенно некогда ни с кем дружить, – грустно жаловалась Наташа подруге, тоскливо поглядывая в окно усадьбы и черпая ложечкой Варварино повидло, – Это у нас здесь в магазине продавцов три человека, и посетителей немного. А там, в гастрономе, такой поток, постоянно кто-то заходит, спрашивают, смотрят. Когда я в продуктовом работала, думала останусь вовсе без ног, перешла в промтовары. Немного полегче, но всё равно, тяжеловато. Привыкла, конечно, что делать. Вот и Шурка тоже, во дворе ребята постарше её, а одноклассники кто по домам, кто в секции разные. Наша вот на танцы ходит, хоть занятие, но всё равно, это не так, как в Бобровке – все одной ватагой. Вот и ждёт лета, чтобы сюда поехать.