Онлайн книга «Замерзшая душа»
|
Голос Вари звучал спокойно, как-то по-доброму и не обидно жалея прячущего своё лицо в темноте ночи мужчину. Всё она понимала, сама больная душевной пустотой. Только у неё-то есть Алёшка, лучик тёплый! А у Семёна, у дочек уже своя жизнь, с женой не ладится… Пусто, холодно, как волк рыскает он по округе, в поисках чужого тепла! Конечно, плохо так жить, подло это, но только Варя ему не судья. — Ладно, не приду больше, не потревожу тебя. Только ты сейчас от помощи не откажись, а? — Хорошо. Свинью эту мы с Лидой Авдеевой на две семьи выкармливали. Думали на новый год колоть, и до весны ребятишки с мясом будут. Как ты хочешь нам потерю компенсировать? Лишнего нам от тебя не нужно. — Ну, давай я вам такую же по весу и возрасту на ферме в Екатериновке возьму? До нового года еще докормите, как сами хотели? А хочешь, мясом возьму, там же на ферме. Сколько примерно к новому году она бы веса набрала, вот такую и возьму? И ничего лишнего не будет, как ты хочешь, всё честь по чести… — Хлев у меня ненадёжный, сам видишь. Другую привезёшь, так и её потравят. Не знаю, что делать. И мясом тоже – морозы еще не ударили, холодильник у меня небольшой, где хранить…. Подумать надо, наверно Архипова найму, пусть хлев мне починит, дверь укрепит, тогда уж и вези нам новую Чуню. — Ладно, давай вот что сделаем. Ты Архипова пока не нанимай. Я своего человека к тебе пришлю, сам не приду, не волнуйся. Всё он тебе сделает, его Степаном Игнатьевичем зовут. А там уже и подумаем, как дальше быть. Договорились? Варя смотрела в темноту, не видя лица мужчины, и думала о том, как отвыкла она уже от этого – что кто-то сам решит всё за неё, как лучше сделать, и сам всё управит задуманное, а ты только головой кивни… — Спасибо тебе, Семён. Когда Степан Игнатьевич твой придёт? Я с утра на шоссе пойду – жить-то надо… — Послезавтра с утра придет, ты его во двор пусти, а сама иди, куда тебе нужно. У него инструмент свой и материал, от тебя ничего не нужно. Только разрешение. Ладно, пойду я, отдыхать тебе пора. Да и застыла ты со мной тут стоять… Прости, Варюша меня дурака… — Спокойной ночи и тебе, – попрощалась Варя и хотела было уже уйти в дом, но мужчина поймал холодную её руку, прижал к лицу и на миг затих. Сам отпустил, не стал ждать пока отнимет Варя руку, резко повернулся Семён, и пошёл быстрым уверенным своим шагом к калитке. Скрылась в темноте рослая его фигура, а Варя всё стояла на крылечке, слушая темноту. В обговоренный день ранним утром остановилась перед Вариным домом старенькая машина, прозванная в народе «буханкой». Из машины вышел крепкий невысокий мужичок лет пятидесяти, и обвел глазами и дом, и двор, и чуть покосившийся заборчик. Варя, которая уже два дня лечилась дома, сегодня собиралась пойти с Лидой на шоссе, ноги её почти не беспокоили, поясницу тоже отпустило. Женщина вышла на крылечко встретить гостя: — Здравствуйте, вы, наверное, Степан Игнатьевич? — Он самый! Доброго здоровья и тебе, хозяюшка, – пробасил гость в ответ. — Вот, хлев у меня… – начала было Варя, но тот её прервал, подняв вверх ладонь. — Я сам вижу, хлев ваш. Договор у меня не с вами был, что делать я знаю. Но если у вас еще какие просьбы есть – говорите, мне сказали, сделать всё, что попросите. От дома ключей мне не надо, а вот от сарая бы можно, я доски привезу и материал еще, сложить надо где-то. |