Книга Верь мне, страница 103 – Алёна Берндт

По селу начали ходить слухи о происшествии, один страшнее и невероятнее другого. Говорили что-то о якобы сбежавших из какой-то колонии преступниках, скрывающихся в местных лесах. Кто-то утверждал, что это дело рук серийного маньяка, орудовавшего когда-то в городе, и вот теперь добравшегося и до окраин.

Как бы там ни было, а всё это были лишь слухи, но родители наказывали детям не уходить гулять со двора, некоторые провожали и встречали детей из школы, особенно молодых девушек.

Меланья Фёдоровна, встретив по пути из магазина Клавдию Коневу, расспрашивать о сестре ничего не стала — на женщине и так не было лица. Потому проявлять любопытство Меланья посчитала неуместным.

— Бабушка, как же это, кто мог такое сотворить?! — плакала Женька, — Ведь Кира была такая добрая, никого никогда не обижала! Даже когда на неё тетя Тоня ругалась, она никогда не отвечала, просто уходила.

Не знала Меланья, что ответить внучке, как успокоить девчоночье сердечко, у самой бабушки душа дрожала за внучку. В последний раз подобного рода происшествие случалось в окрестностях очень давно. Но и там было всё понятно — после распития спиртного мужики подрались, и один в пьяном угаре зарезал другого…. А здесь, страшно и ничего не понятно — кто, а главное — за что?

И никто не заметил за собственными переживаниями и страхами одной незаметной и, казалось, незначительной детали — в то время как село гудело, подобно встревоженным пчелам, одна из главных любителей пообсуждать разного рода происшествия — Антонина Андреева — сохраняла стоическое молчание.

Даже оказавшись в обычной своей компании кумушек, возле отделения почты, бурно выдвигающих свои версии произошедшего, Антонина молчала, что было удивительно. Слушала то, что говорят другие, особенно отмечая мнение Тамары Политовой, Антонина только улыбалась. А когда её спрашивали о чем-то напрямую, только пожимала плечами:

— Да мне-то откуда знать? Ну и что, что рядом живу! Не особенно общительной была покойница, Царствие ей Небесное, в гости меня редко приглашала. Да и мне было некогда, я ведь всё сама, сколько с матерью лежачей намучилась.

— А ты слыхала, говорят, ведь задушили Киру то? — Тамаре же хотелось поспорить со своей давней соперницей.

— Нет, говорят, что утопили в пруде, — тихо шептала бабка Терёхина, — Кто-то в пруд затащил, и держал под водой голову, пока не захлебнулась, а уж после возле пруда и бросил! Там никто и не ходит, пока и нашли её…. И то потому нашли, что лесничий на участок пошёл, деревья помечать, а так бы…

— Значит, кто-то сильный был, явно мужская сила нужна для такого злодейства, — многозначительно поднимала вверх палец Тамара, — Точно говорю, беглые это! Сельсовет скрывает, чтобы паники не было, а сами всё давно уж знают, точно вам говорю.

Собравшиеся согласно закивали головами, затараторили, что председателя надо пытать с пристрастием, чтобы людей собрал, да объявил, грозит ли остальным какая-нибудь опасность от беглых преступников, шныряющих по окрестным лесам.

Наступил день, когда и в дом Тимофеевых пришел усталый человек в милицейской форме с планшеткой в руках. Человек показал хмурому Сергею удостоверение и был приглашён в комнату, где его усадили за стол у окна.

Человек, представившийся Григорием Александровичем, негромко задавал сидевшему напротив него хозяину дома вопросы, а сам украдкой оглядывал домашнюю обстановку, иногда останавливая взгляд на сидевшей на диване бледной девочке с книжкой и котом на коленях.