Книга Когда придёт седьмая весна, страница 16 – Мира Айрон

Даша покачала головой - она по-прежнему не верила, считала, что Захар актёрствует.

— Моей дочери не стало шесть с половиной лет назад. Лизы больше с нами нет, - спокойно и обыденно сказал Владимир Николаевич.

Захар заранее знал, что он услышит, понял, и всё же оказался не готов. В висках внезапно заломило, а глазам стало больно, но подступившие слёзы удалось сдержать.

— Как это случилось? Сердце? Лиза говорила о своей болезни, - глухо ответил он.

— Да, - кивнул Владимир Николаевич.

— Понимаю, что словами никак не помочь, и всё же примите моё сочувствие.

— Мы были готовы... настолько, насколько вообще можно быть готовым к подобному. Тем более, Лиза сама приблизила исход.

— Как? Почему? - вскинул голову Захар.

— Врачи запрещали ей рожать, предупреждали, что организм не справится, а она сделала по-своему.

Смысл сказанного не сразу дошёл до Захара, но когда это случилось, в голове словно включили верхний свет - прояснилось очень многое.

— Погодите... Ксения - дочь Лизы?

— Смотри-ка ты, мозги включил наконец-то, - холодно и язвительно заговорила Даша. - Догадливый какой, сложил два и два. Мегапрогресс! А тогда, семь лет назад, ты не мог мозги включить? Пожалеть женщину, о болезни которой ты, как выяснилось, прекрасно знал? Не? Да я и не сомневаюсь, что всё ты знал! Бессовестный эгоист!

— Когда родилась Ксения? - уже увереннее заговорил Захар, игнорируя выпад Даши.

— Шестнадцатого октября, но она родилась семимесячной, преждевременно, - пояснил Владимир Николаевич. - Срок-то был в декабре. Мы бы не дали Лизе так рисковать слабым здоровьем, но она долгое время скрывала своё положение, а когда открылась, что-либо делать, как-то вмешиваться было поздно и опасно.

Захар молча смотрел прямо перед собой, не обращая внимания на злопыхательства Даши, которая опять завела свою шарманку об отсутствии у Захара стыда и совести. Голос у Даши красивый, так что пусть говорит дальше, тем более, в её словах присутствует доля правды, и немалая.

Что ни говори, не каждый день узнаёшь о существовании у тебя дочери, которой исполнилось шесть с половиной лет. Всё то время, что он, Захар, отсутвовал, у него была дочь. Сначала Лиза носила Ксюшу, а потом Ксюша родилась. Родилась и выросла... Без него.

В том, что Ксения - его дочь, Захар ни капли не сомневался. Сейчас он понял, что девочка похожа не только на Лизу, но и на него.

И о том, что у той ночи с восьмого на девятое марта семь лет назад могли быть последствия, он подумал бы, если бы захотел. Но сначала он думал лишь о том, как такое могло случиться, как он допустил, и строил гипотезы, а потом встретил Аню.

Вновь вспомнилась их последняя встреча с Лизой - бледной и осунувшейся, но сначала будто счастливой, а после - задумчиво и обречённо смотрящей в окно, а не вслед уходящему из её жизни навсегда Захару.

Она хотела рассказать ему о беременности, но после услышанных новостей промолчала.

Горло сдавило, и опять началась борьба с подступающими совсем не мужскими слезами. Что толку теперь позволять себе отчаяние? Нужно исправлять ситуацию и пытаться наверстать упущенное.

Захар вдруг заметил взгляд притихшей Даши. Кажется, она начинает верить в его искренность, пусть и против своей воли, но верить.

Мозг уцепился за какую-то услышанную сегодня фразу, и Захар осторожно потянул эту нить.