Онлайн книга «Четыре любовницы и ни одного классического СЛР»
|
— Евочка, зря ты так. Марку никто больше не нужен, кроме тебя. Я это в первую очередь не как мать говорю, а как человек, который два года внимательно наблюдал за ним. Поверь мне, это не юношеская влюблённость и даже не инстинкт охотника добыть редкий трофей, который не даётся в руки. Здесь глубокие чувства. Как мать, прежде всего хочу, чтобы мой ребёнок был счастлив. А с тобой он действительно счастлив. Я бы приняла тебя любой: хоть кривой, хоть косой, хоть однорукой, хоть полупараличной… Любой. Видеть сияющие глаза своего сына дорогого стоит. Ева опустила голову и прошептала: — Я — хромая… — Девочка моя, я заметила. Но ты весьма удачно маскируешь этот дефект своей походкой и чуть разными по высоте туфлями. У тебя на одной туфле сделан дополнительный накат и набойка толще. Ева подняла удивлённые глаза на Розу Григорьевну: — Но как же так?… И ещё… У меня не может быть детей… Точнее шансы минимальные… Роза Григорьевна разлила чай по кружкам и пересела поближе к Еве, погладив её по голове: — Я уже сказала, но готова повторять вновь и вновь: для меня совершенно не имеет значение ни твоя внешность, ни твоё прошлое, ни твой характер. Когда счастлив мой сын, радуюсь и я. Насчёт детей… Марик же рассказал тебе? Вижу, рассказал. Так вот. Конечно, хотелось бы внуков понянчить. Но! Это ваша с ним жизнь, как вы решите, так и будет. Получится родить детей –прекрасно, не получится — значит так тому и быть. Мне порой кажется, что сама природа выступает против продолжения рода Валькевичей. Решите побороться, пойти на ЭКО и тому подобное — поддержу, решите оставить всё как есть — пойму и этот ваш выбор, решите усыновить ребёнка — приму, как родного. Только чтобы вы были счастливы. И это самое главное. Семья, Ева, это, прежде всего, отношения между двумя людьми, решившим идти вместе по жизни. И никто иной, кроме этих двоих, не может решать, как им взаимодействовать, на каком фундаменте строить свою семью, какие стены возводить и какую крышу выбрать. В молодости нам с мужем преподали серьёзный урок… * * * Закончился вечер откровений тем, что Ева рыдая на груди у Розы Григорьевны попросила прощения за недоверие и рассказала всё. И про первый брак, когда любимый муж оказался тираном и садистом, ревновавшем её к каждому столбу, несмотря на то, что ни малейшего повода так думать не давала. И про нелицеприятные слухи, распускаемые о ней теми, кому она отказала. Как в один далеко не прекрасный день Евгений, тот самый первый муж, решил, что Ева слишком долго расплачивалась за доставленную пиццу. Устроив сцену ревности, сперва избил жену ногами, а потом полуживую столкнул с лестницы. Сам же запер дачу и уехал, решив таким образом проучить неверную. Ева пришла в себя лишь через сутки. Потом полдня ползла до телефона, чтобы вызвать скорую. Спасателей, чтобы выломать дверь, вызвала уже бригада врачей, приехавшая на вызов. На память о первом замужестве осталась укоротившаяся вследствие неправильно сросшегося перелома нога, минимальный шанс забеременеть и выносить ребёнка, и изорванная в клочья душа. Уходя в тот вечер от Розы Григорьевны, Ева взяла с неё слово, что та ничего о подробностях первого брака не расскажет Марку, пообещав сообщить ему лично, когда будет готова. Вторым откровением, окончательно сломавшем оставшиеся стереотипы в её голове, стало то, что, когда она получила от Марка предложение руки и сердца и рассказала о своём первом браке, тот признался, что давно в курсе этой истории. Но, понимая, насколько Еве больно говорить на эту тему, просто ждал, когда она сама будет готова всё рассказать. И даже в том случае, если бы она решила никогда больше не вспоминать тот период, для него ничего бы не изменилось. Кажется, в тот день Ева повторно влюбилась в Марка. А спустя три месяца Ева Прегова стала Евой Валькевич. С Розой Григорьевной у них сложились тёплые и доверительные отношения, что, впрочем, не мешало последней изредка ворчать на невестку, мотивируя тем, что "старая женщина имеет право брюзжать и искать «пылюку», ибо «статус обязывает». Но при этом она каждый раз так старательно прятала задорные огоньки в глазах, что Ева, еле сдерживалась от смеха, включаясь в игру. Свекровь сумела заменить ей мать, которая умерла, когда Ева пошла в первый класс. Её вырастил отец, которому помогала тётушка Линда, дальняя родственница по линии матери. Ева не уставала благодарить судьбу за то, что она послала ей Марка и Розу Григорьевну. Но самым большим подарком стало то, что через четыре года после свадьбы она совершенно неожиданно, вопреки прогнозам врачей, забеременела и родила Вову. |