Книга Лучший друг моего брата, страница 34 – Софья Крылова

— Ну конечно. Как по другому — на секунду прикрываю глаза от раздражения — Никит, зачем ты здесь?

Он делает шаг ко мне. Хвост у меня на голове растрепался. Теперь волосы в беспорядке. Савельев хватает меня за шею, притягивает к себе. Нежно целует, отрывается. Смотрит в глаза.

— Потому что я хочу быть с тобой, — шепчет.

— Никит. Нет. — стону. — Мы не можем. Пожалуйста. — всхлипываю от беспомощности. Я задыхаюсь.

— Ксю, давай попробуем. Пожалуйста. — Мотаю головой. Слезы непроизвольно кататься по щекам. Я хочу и боюсь. — Почему? Поговори со мной, — просит, крепко обнимая.

— Что если тебе надоест? Это все испортит. Я знаю тебя всю свою жизнь. Ты никогда ни с кем не был дольше одного дня. Тебе быстро все надоедает. И я надоем. Знаю.

— Не говори ерунды. Это ни так. Я не могу думать ни о чем кроме тебя. Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Все мысли только о тебе. Ты засела у меня в голове. Ещё с того дня в клубе. Я ни к кому не испытывал таких чувств. Прошу, дай мне шанс, и я докажу. — мольба в его голосе меня убивает.

Я не могу, не могу пройти через это. Только не с ним. Все рушиться у меня в руках. Это катастрофа. Бедствие.

— Никит. Мой брат и друзья. Я.. — Начинаю задыхаться. Воздуха не хватает.

— Успокойся. Ничего не важно. Только мы. Давай попробуем. Я хочу быть с тобой. А ты? — выжидающе смотрит на меня. А я даже не могу открыть рот.

Он предоставляет мне права выбора. А я не знаю. Нужно ли окунаться в этот омут по имени Никита. Смогу ли переступить через себя? Через боль, что мне пришлось пережить. А главное, готова ли я?

— У меня вечеринка в эти выходные, может, ты придёшь? — говорит одногрупнник. Осматривается по сторонам, нервничает.

Мне сейчас точно не до вечеринок, но и обижать не хочется.

— Прости. Но я… — не успеваю договорить, как меня затаскивают в кабинет, который находился позади меня.

Уже хочу закричать, когда меня прижимают к двери, и слышу, как запирается дверь. В нос ударяет любимый аромат. Страх притупляется, вместо этого приходит злость.

— Ты совсем охренел! — кричу придурку в лицо.

Никита ничего не отвечает, только целует в губы. Немного грубовато, но после поцелуй перерастает в нежный.

— Привет — ухмыляется, осматривая меня с ног до головы. Под его пристальным взглядом отдёргиваю платье. Казавшийся утром длинным. Сейчас по похотливому взгляду уже не уверенна.

— Савельев, Ты сумасшедший? Ты чуть меня заикой не сделал! — Ладошкой ударяю его по плечу. Но для него это как поглаживание. Он даже не замечает.

— Прости, малышка, но я соскучился. — Нежно прикасается к губам, почти мимолётно. — И этот хмырь не имел право с тобой разговаривать. — Рычит и снова целует, на этот раз жёстче. Пытаясь донести до меня свои слова.

— Никит, я же сказала, что мне нужно время. Ты не должен хватать меня у всех на виду. И особенно целовать. — Отталкиваю его от себя, отхожу к партам. Присаживаясь на край стола. Смотрю на Савельева.

Он раздражён. Кулаки сжаты. Тяжело дышит, опустив голову.

Упирается кулаками в дверь и отталкивается. Резко поворачиваясь ко мне.

— Прости, я понимаю. Но — снова тяжело вздыхает. Подходит ко мне, вставая между моих ног. Медленно задирает платье сантиметр за сантиметром. Мы оба смотрим в низ на его руки. Пробирающие в мои трусики.