Книга Собственное дело, страница 69 – Нина Князькова

— Злата Пална, проснитесь, - кажется, меня трогал кто-то другой, не Петр.

Я тут же распахнула веки и пожалела об этом, так как по глазам резанул яркий свет. Застонав, я попыталась накрыться одеялом, но его у меня мягко отобрали.

— Злат, у тебя снова температура под сорок, - мой начбез оказался где-то рядом. – Надо ехать в больницу.

— Не хочу, - сообщила.

— Тогда мне придется сейчас поставить вам капельницу, так как обычные препараты будут помогать гораздо дольше, - услышала голос нашего лечащего врача, который перешел к нам по наследству от Людмилы и всегда приезжал к Платону по первому зову. Вот теперь и ко мне приехал. – И еще мне придется попросить кого-то, чтобы этот кто-то каждые три часа отправлял мне данные по вашему состоянию.

— Я все сделаю, - оперативно ответил Петр.

— Тогда сейчас капельница, и я приеду вечером, сделаю еще одну. Это похоже на ОРВИ, но и остальные болезни надо исключить, - сообщил доктор.

Следующие полчаса меня мучили, слушая легкие, заглядывая в горло, ища вену, чтобы воткнуть иглу с первого раза. Не получилось. У меня с детства вены прячутся при виде иглы, так что шкурку мне проткнули раза три.

— А нельзя ей больно не делать? – Взвился Петр, видя все это.

— Вы же видите, что нет….

Я в этом споре не участвовала, лишь молча переносила все экзекуции и ждала, когда эта дурацкая капельница, наконец, закончится. Если честно, то после нее мне стало несколько лучше, да и в голове прояснилось. Так что, когда доктор ушел, я принялась внимательно рассматривать Петра. Ага, темные тени под глазами, вид уставший, задерганный весь.

— Ты ночью совсем не спал что ли? – Поинтересовалась я.

— Ты есть хочешь? – Попытался он перевести тему.

Ясненько.

— С ума сошел? – Взвилась я. – Ты еще не полностью восстановился. Тебе отдыхать надо!

— Я и так отдыхаю. У меня же пока нет возможности работать, - он недовольно поджал губы. – Тамара Антоновна, несите завтрак, - повернулся он к ранее мною незамеченной домработнице.

Та понимающе кивнула и скрылась за дверью. Я только тяжело вздохнула. Кажется, он тут уже всех переподчинил себе и вертит всем, как хочет.

— Я не хочу есть, - попыталась проверить границы дозволенного.

— Придется, - покачал он головой, сел на край кровати и убрал костыли в сторону.

— Меня мутит, - соврала.

— Это от голода, - невозмутимо парировал он.

— Деспот, - выдохнула.

Петр усмехнулся.

— Я имею право заботиться о тебе. Ты сама выдала мне на это разрешение, - он склонил голову набок, разглядывая мое лицо.

Я нахмурилась.

— Когда это? – Поинтересовалась. Мало ли, что я там ему ночью наобещала.

— Когда поцеловала меня, - он немного наклонился ко мне.

Я на это только фыркнула.

— А сам ты меня целовать боишься? – Прищурилась, так как не знаю каким чудом, но встав ночью в уборную я умудрилась даже зубы почистить.

— Боюсь, - признался он и еще немного подался вперед. Я расстроилась, если честно. Не думала, что меня мужчины настолько боятся. – Боюсь вовремя не остановиться, боюсь, что тормоза сорвет и я не пойму, что тебе что-то не нравится. Боюсь, что ты наиграешься и перестанешь замечать. Да, я многого боюсь, - кивнул он.

Я же замерла, пытаясь осознать услышанное. Это так странно, что он мне признался в своих страхах, так как Васька с Сережкой в лепешку бы расшиблись, но никогда б не сказали ничего подобного любой девушке на свете.