Книга Верное средство, страница 78 – Нина Князькова

— Не хочу, – ответила твердо. Есть действительно не хотелось.

— Ты ничего не ела более суток, – прищурился он. – Или… мне тебя накормить?

Я удивленно на него посмотрела. Чего это он добивается? Сам меня кормить решил с какого-то перепуга?

— Я сама, – демонстративно отодвинулась от него, взяла с подноса тарелку и принялась есть, не особо различая, что именно. Голода я и правда не испытывала. Нисколечко. Но я просто не могла допустить, чтобы он принялся кормить меня с ложечки.

Съев половину, я отставила тарелку, запила остатками отвара и демонстративно сложила руки на груди, показывая, что есть больше не хочу.

Карапетов лишь хмыкнул, встал с кровати, подхватил поднос и вышел с ним из комнаты, оставив меня наедине со своими мыслями. Да уж! Веселая у меня семейная жизнь намечается. Так, о чем я думала в прошлый раз? Ага, я замужем, в мужа влюблена, но опоила его, поэтому ему кажется, что он влюблен в меня. Тьфу! Белиберда какая-то получается.

Я посмотрела на кольца. Красивые. Особенно то, которое с камушком. И дорогое, наверное. А главное, кольца эти моего размера. Случайно так… И вообще, откуда они взялись у Карапетова посреди ночи? Вопросы, вопросы…

Ой, там же с ним вроде бы Клавдия была! Так, надо бы ее завтра как-нибудь расспросить обо всем. А как? Надо, чтобы Карапетов куда-то уехал. Или мне самой…? Ох, а машина-то моя в городе осталась. Не моя, конечно, но все-таки надо ее сюда в Березкино вернуть.

Пока раздумывала над всем этим, директор вернулся в спальню. Хорошо, что догадался надеть на себя одежду. Хотя под майкой все равно угадывалось тренированное тело, но меня это отвлекало уже меньше.

— Я книгу принес, чтобы скучно не было, – протянул он мне увесистый фолиант.

— Что это? – Я взяла книгу в руки и погладила тисненую обложку.

— У деда в столе лежала. Там про то, как он оборотней находил и воспитывал, – пояснил он мне.

Я тут же открыла книгу. Она была печатной, это не могло не радовать. Рукописный текст читать намного сложнее. Я залезла под одеяло, откинулась на подушки и… попала в мир начала двадцатого века. Дед Карапетова явно мог бы быть каким-нибудь писателем, потому что жизненные ситуации, происходившие на самом деле были изложены так, что я полностью представляла само действие.

— Это очень интересно, – заявила, закрыв книгу.

Очень удивилась, увидев, что Фома Измаилович спит на кровати поверх одеяла. Хорошо, что не раздетый. Решив, что мне тоже пора спать, я положила книгу на тумбочку, выключила свет и уснула, прислушиваясь к размеренному дыханию мужчины, спящего под боком.

Всё утро следующего дня я написывала Клавдии, которая игнорировала мои сообщения. Зато после моего гневного сообщения в адрес Аллы, она ответила почти моментально.

«Мы сейчас заняты! В Березкино приедем через два дня».

У-у, как меня это злило. Неимоверно просто. Поэтому я написала и Арине.

«Я замуж вышла!»

От нее ответ пришел минут через пять.

«Я знаю. Клим сообщил. Поздравляю! Я за тебя рада!»

И все? Я бы отшвырнула телефон, если бы за мной через дверной проем не наблюдал Карапетов. Как я и предполагала, он ни на секунду не выпускал меня из поля своего зрения. Это неимоверно бесило, а потому я решительно поднялась на ноги и прошла в его кабинет.

— Фома Измаилович, прекратите все время на меня смотреть, – сложила руки на груди.