Книга Последняя надежда, страница 14 – Нина Князькова

— Ты что, на Виталика пистолет наставила, что он так быстро сбежал? – Баба Нюра привычно выглянула с кухни.

Я только головой покачала, усевшись прямо у входа.

— Нет. Просто поговорили. – Расстроенно шмыгнула носом.

— Поговорили ли? – Покачала головой старушка. – Или снова только себя слушали?

— Он меня не понимает! – Возмутилась я, вешая куртку на крючок.

— А ты его? – Анна Николаевна направила в мою сторону лопаточку. – Ты-то его давно понимала? Анжелика немого понимает, а у тебя с говорящим проблемы. Ты ее тогда спроси, как она так умудряется, авось, чем поможет. Брат же все-таки его родной. Поди, и сознание схожее.

Ну да, конечно. Завтра девчонки придут, обязательно спрошу, как Догилева-младшего понимать. Если бы все было так просто… Как до него донести, почему я не хочу быть его любовницей? Как сказать, что мне надо или все, или ничего? Что плевать я хотела на его деньги, когда мне он сам нужен?

Нет, лучше уж самоустраниться от Виталика, чтобы у него не было такого рычага воздействия, как мои чувства к нему. Чтобы он не мог управлять мной, как отец мамой.

— За стол садись, а то весь день голодная бегаешь. – Позвала баб Нюра. – Причем. От такого мужика…

Я вздохнула.

— Я у Веньки чай пила. – Отозвалась.

Пожилая женщина укоризненно на меня посмотрела.

— Не жалеешь ты парня совсем.

— Кого не жалею? Веньку? – Опешила я.

— Да где же Веньку? Догилева своего не жалеешь. Бедный парень. И за что им с братом такие ненормальные девицы достались?

Вот уж, правда. Парни-то самые бедные в деревне. Беднее не сыскать днем с огнем.

Вечером проверила тетради у шестого класса, подготовила материал на понедельник и уставшая завалилась спать. Но стоило лишь глаза закрыть, как зазвонил телефон. Посмотрела на экран и ответила.

— Слушаю.

— Надежда Ивановна, это вам мама Арины Ивсеевой звонит. Извините, что беспокою вас. Просто, младший у меня болеет, и оставить одного я его не могу, а муж на вахту неделю назад уехал. – Быстро зачастила женщина. – Аришка сбежала из дома без телефона. Уверена, что она в клубе. А ей ведь всего шестнадцать. Не могли бы вы проверить, там ли она? Я уже всех одноклассниц ее обзвонила, все по домам сидят, и ее никто не видел.

— Да, конечно. – Ответила, уже натягивая теплые штаны. – Сейчас схожу, посмотрю, там ли она. Не переживайте вы так.

— Ой, спасибо вам, Надежда Ивановна. Не зря дочь говорит, что вы самая понимающая учительница в школе.

Виталий

Жалеет она. Да что она о себе думает? Или если так берегла себя для будущего мужа, так почему согласилась со мной переспать? Хотя я признаю, что сам напирал тогда. Но ей-то никто не мешал сказать «нет».

Я стоял в деревенском магазине у полки с алкоголем, выбирая бутылку побольше и подороже. Выбор был так себе. Вообще никакой. Такой же, как с бабами в этой дурацкой деревне.

На кассе мне улыбнулась продавщица.

— К празднику готовитесь? Может быть, еще что-то возьмете? На закуску, так сказать…

— Деньги возьми. – Перебил я ее, бросив бумажку на прилавок, и вышел из магазина.

Остановился на крыльце, поднял голову к темному небу и вдохнул морозный воздух. Почему-то вспомнилось то, как мы Артемку в чувство приводили после длительного запоя. Он был худой, страшный и похож на бомжа. Или вон на тех трех мужиков, которые стояли неподалеку и считали мелочь, сбрасываясь на бутылку.