Книга Убить мужа, страница 73 – Нина Князькова

Пока я несла маму, то все думала о том, что, как к маме я к ней не смогу отнестись. Даже сейчас я ее воспринимала больше, как старшую сестру. Это для Манура она была мамой, а моей мамой был дед. И папой. И за бабушку, и за дедушку. А лежащая на моих руках женщина сейчас была мне все-таки чужой, хоть и пожертвовала ради меня всем. Кажется, мне пора к психологу с такими тараканами. Интересно, а в Межмирье они есть?

Черное озеро находилось посреди рощицы и представляло собой совершенно черную лужу абсолютно круглой формы.

— И что теперь делать? – Остановилась я на берегу, глядя на черную воду.

— Зайди в озеро и опусти Гэру в воду, - сказал дед.

Я внутренне поёжилась. Мне лезть в эту черную жидкость, что похожа на нефть? Ладно, потом отмоюсь, наверное. Скинув с ног кроссовки, я так и в одежде полезла в воду, которая оказалась на редкость теплой, так что маму в нее погружать было не страшно.

— И долго ее так держать? – Спросила деда, оставшегося на берегу.

— Ты поймешь, когда она напитается, - сообщил он и уселся прямо на камни. Видимо, ждать придется долго.

Я стояла в воде, наверное, полчаса, когда мама вдруг судорожно втянула ртом воздух и выгнулась в моих руках. Я так испугалась, что едва не уронила ее в воду полностью.

— Дед! – Закричала.

— Все хорошо. Так и должно быть, она сейчас силу озера потянет, так что держи ее крепче, - велел родственник, загнавший меня в это дурацкое озеро.

Я вцепилась в маму посильнее, глядя как вокруг нас начинает бурлить жидкость. Казалось, что мы буквально варимся в этой черной воде. Кое-где стали закручиваться воронки и мне стало совсем страшно.

— Дедушка, - жалобно протянула.

— Еще немного потерпи, - не позволил он мне выйти из озера, хотя рядом с ним рухнуло иссушенное дерево.

Я сцепила зубы, пытаясь удержать резко потяжелевшую маму. Она теперь весила, как приличный булыжник. Господи, а я всю жизнь жаловалась, что много вешу. Да по сравнению со своей мамочкой я просто пушинка.

Наконец, женщина, лежащая на моих руках, обмякла и расслабилась. Озеро тут же успокоилось.

— Мам? – Позвала я тихонько. Мне, конечно, никто не ответил.

— Неси ее сюда, - сказал дед, стоя на берегу. Я тяжело пошла к берегу. Устала очень. – Печать слетела, так что давай ее мне.

Я с облегчением отдала маму деду. Все же он у меня еще очень крепкий и сможет донести ее до дома. Но далеко нам ее нести не пришлось. Леопс нам встретился при выходе из потрепанной рощицы. Видимо, нас решил охранять. Ему мы маму и передали, но даже он чуть присел под ее тяжестью. Легче каменную статую нести того же размера, чем ее.

К моему удивлению, Лео отнес маму не в дом, а в избу, где уложил ее на топчан.

— Теперь пусть тут в себя приходит, - дедушка накрыл ее одеялом, и мы вышли из деревянного домика.

— Ей точно станет легче? – Оглянулась я.

— Горгульи – это часть природы. Они часть этих озёр. Если бы это не помогло, то ничего бы уже не сработало, - дед, тяжело вздохнул.

— Ладно, - слабо улыбнулась я. – У нас еще целый дом не отремонтирован. Нам просто некогда грустить.

«Некогда грустить» было слишком мягко сказано. К тому моменту, как мы вошли в дом, Рамина уже все вычистила и с помощью магии убрала ставни с окон. В итоге под контролем деда она так же размножила стеклопакеты и с помощью заклинания левитации ставила их на место. Дед с лестницей на перевес бегал по дому с монтажной пеной и фиксировал их. Мы же с Мануром отправились на кухню, сортировать разный хлам, который не был разграблен и вынесен отсюда. Нашли, кстати, неплохой сервиз и совершенно целый чайник. А также серебряные приборы, завернутые в неприметную тряпку.