Книга Ты у меня одна, страница 96 – Оксана Сергеева

— Твоих железных доводов в пользу того, чтобы оставить все как есть. — Смотрел на нее сверху вниз, подавляя волю.

— Я не готова. Слишком все быстро.

— Хорошо, — бросил он спокойно, взял оставленный на кровати пиджак и натянул его на плечи. Темно-синяя ткань ладно облепила его литую мускулистую фигуру. — Что определяет степень твоей готовности? Ты в чем-то не уверена? Во мне? Не доверяешь? Или мы недостаточно близки? Что должно произойти, чтобы ты решила, что готова?

— У-у, Шаурин, как с тобой трудно разговаривать, — выдохнула как одно слово.

— Конечно. Я же, когда задаю вопросы, хочу получить конкретные ответы. Пудрить мозги ты можешь кому-нибудь другому – не мне…

— Ваня, подожди! — пылко остановила, не дожидаясь, пока он разойдется в претензиях. — Послушай, может быть, тебе и легко дается такое решение, но мне – нет. Ты знаешь, я много лет живу одна. Для меня все не просто так. Мне очень сложно вот так в один момент перевернуть свою жизнь, — говоря это, мучилась сомнениями: а не перевернуть ли свою жизнь…

Вместе с тем прекрасно осознавала, что сомнение это возникло под влиянием момента: они с Ваней соскучились друг по другу, изголодались и естественно готовы на безрассудные поступки. А не хотелось, чтобы сделав что-то, поддавшись мимолетному душевному порыву, позже оба об этом пожалели. Это может очень дорого им обойтись. И потом… Сегодня Ваня предложил жить вместе, через месяц скажет, что хочет ребенка. Что ей тогда делать?

— Я знаю. Тебе придется жить со мной, жить моей жизнью. Так должно быть. Поэтому, если ты заметила, я разговариваю с тобой, спрашиваю. Жду твоего решения.

Алёна кивнула.

— Я прекрасно осознаю, как все изменится. Поэтому, если ты заметил, я не бросаюсь категоричным «нет», а говорю, что сейчас я к таким изменениям не готова. Мне нужно время.

— Хорошо, давай подождем, пока ты разберешься со своими заморочками. — Ваня нетерпеливо сунул правую руку в карман пиджака, нащупывая ключи от машины.

— То, что для меня – проблема, для тебя – заморочка?

— Алёна, — вздохнул он, и взгляд его смягчился, став снисходительным, — если у меня все счета заморозят — это будет проблема. Линия производства на заводе встанет… партию паленого алкоголя якобы нашей марки где-нибудь снимут – вот это проблема! Это мне придется решать на всех уровнях, дергать за все ниточки, чтобы как можно быстрее сдвинуть дело с мертвой точки. А в твоем случае у меня два четких решения: позволить тебе еще позаморачиваться или собственноручно упаковать твои вещи в чемодан. В этот раз я даю тебе время. Для принятия этой данности в том числе. Чтобы потом, если вдруг ты попытаешься пронять меня на мелочах и не получишь ожидаемой реакции, не обвиняла в равнодушии. Но если мне надоесть ждать, я сгребу тебя, с вещами или без, и перевезу к себе. И никаких проблем.

Алёна стояла обескураженно. Так можно чувствовать себя, находясь у высотного здания, уверенно, пока глаза в небо не поднимаешь. А как поднимешь – голова кружится, кажется, рухнет на тебя эта громадина и раздавит.

— И ты думаешь, вот так я соглашусь?

— Согласишься. Поскандалишь, повыступаешь, но согласишься.

Сладость от их встречи затуманилась этим неожиданным разговором. И все-таки радостное состояние не покинуло Алёну. Стало невероятно важным узнать, что чувствует Шаурин. Только сейчас до нее дошло, что он, требуя откровенности, сам далеко не всегда показывал, что ощущал на самом деле.