Книга Ты у меня одна, страница 70 – Оксана Сергеева

— Шишки-шишки, я на передышке, — протараторила, открывая дверцу машины. Подобрав подол длинной юбки, нырнула в салон и упала на сиденье. Протяжно выдохнула.

— Чего? — переспросил Ваня и потянулся к ней, чтобы поцеловать.

— Не обращай внимание, это у меня гон, — отмахнулась и чмокнула его в губы.

— У тебя краска на лице, — Ваня стер с ее скулы пятнышко желтой краски.

— Краска, — фыркнула Алёнка и оттянула вырез футболки, — кажется, у меня даже песок в лифчике. Мы и краской рисовали, и песком… Ну в общем, я мертвая, я тебя предупреждала. И ужасно голодная, потому что без обеда.

— Страсти-то какие, — с усмешкой качнул головой и завел машину. — Поехали поужинаем где-нибудь и домой. Спать. Ты ляжешь спать, а мне поработать надо немного. А то папа лишит меня в этом месяце премии и мне не хватит денег тебе на платье. Не хочу в выходные в офисе торчать, а работы валом.

— О, нет, пожалуйста, давай дома поужинаем. — Вскинула руками пышные рюши светлой юбки. — Я точно не готова для выхода. Знаю, что тебе всегда по душе мои безвкусные наряды, но зато я сама не всегда готова показываться в них на людях.

— Мурка, не переживай, мы будем ужинать в таком месте, что даже если ты там будешь сидеть голая, все будут думать, что так и надо.

— Спасибо, успокоил, — хмыкнула она и привстала, чтобы посмотреть на себя в зеркало заднего вида. А то выскочила из кабинета, даже на себя не взглянув. — Ладно, поехали. Я так люблю есть в каких-нибудь забегаловках. — Стерла с щеки еще одно крошечное пятнышко желтой краски.

— Это будет нормальная забегаловка для таких творческих людей, среди которых ты будешь выглядеть Белоснежкой.

_____

— Алёна! — позвал Ваня, когда она очередной раз проплыла мимо. Услышав его, Алёна шагнула на порог рабочего кабинета и коснувшись рукой дверного косяка, вытянулась в струнку, как балерина у станка. На ней были белые трусики и шауринская майка цвета хаки, которая натянулась на груди, бесстыдно обрисовывая ее женственную округлость.

Ее протяжный томный вздох был Шаурину ответом.

— Про что работаем, Доктор? — Ваня бросил на стол авторучку и с улыбкой откинулся в кресле. Закинул руки за голову.

— Все плохо, — проворчала она.

— Что плохо?

— Все ужасно.

Ваня чуть вздернул подбородок. Алёна окинула его нарочито внимательным взглядом.

— С нашего первого секса прошло чуть больше месяца, а ты уже плохо на меня реагируешь. Надо что-то делать. Срочно надо что-то делать, — проговорила нахмурено, безуспешно пытаясь сдержать улыбку. — Я пять раз туда-сюда прошла, и только потом ты меня окликнул.

Иван рассмеялся:

— Нормально я на тебя среагировал. С третьего раза, а потом засекал, с какой частотой ты мимо кабинета шныряешь.

— Да-а? — удивленно протянула она. — И с какой? — призывно и мягко улыбнулась.

— Пятнадцать секунд.

— Семнадцать, — довольно поправила она.

— Нормально с третьего?

— Нормально. Отлично просто. С первого-второго — это патология.

Ваня похлопал себя по колену.

— Иди ко мне, моя Мурка.

— Мр-р-р-р, — промурчала она и с кошачьей грацией двинулась через кабинет.

Подойдя, поцеловала Ваню крепко раз-другой и, зарывшись пальцами в темные жесткие волосы, прижала его голову к груди. Чуть устало навалилась на широкие Ванькины плечи.

— Алёна, иди ложись.

— Чего ты меня отсылаешь?