Книга Ты у меня одна, страница 33 – Оксана Сергеева

— Осторожно, огурцы острые.

— Я люблю острое. Надо же, сколько майонеза. Не боишься за фигуру?

— Нет, лишний вес не моя фобия. Я сначала куплю юбку пошире, а может быть потом встану на беговую дорожку, — ткнула пальцем за спину. Сквозь широкий дверной проем виднелась беговая дорожка, стоящая в дальнем углу гостиной. — Буду бежать и плакать. Плакать и бежать. Ой, Шаурин, — усмехнулась она, глядя, как он с удовольствием ест бутерброды с маринованными огурцами, — кому скажу – не поверят…

— Конечно, не поверят. Можешь даже не стараться распространять обо мне всякие подозрительные слухи. Все факты, выпущенные обо мне в массы, тщательно выверены. Остальное будет несуразным противоречием. Я еще сало с чесноком люблю и водку. Но в это тоже никто не поверит.

— Ванечка, — Алёна положила ладонь на его запястье и доверительно пригнувшись, прошептала, — у меня есть сало с чесноком. Представь…

— Шутишь?

— Ни капли. Это мы с дядюшкой убиваемся, он меня им регулярно подкармливает.

— Что ж ты мне сразу не предложила?

— С ума сошел? Я трясущимися руками тебе бутеры с майонезом делала, хочешь, чтобы я совсем упала в твоих глазах?

— После растворимого кофе и майонеза ты уже и так на самом дне – падать ниже уже просто некуда, — поддержал ее ироничный тон.

— Какое счастье! — засмеялась Алёна, облизнула палец и встала со стула.

— Только потоньше нарежь, — попросил он.

— Как бумагу?

— Как салфетку.

— Ну ты и гурман…

Книга предоставлена группой в контакте “Ольга Горовая и другие авторы журнала САМИЗДАТ”

http://vk.com/olgagorovai

(Ксения Авдашкина)

ГЛАВА 6

Алёна смотрела на стеклянное панно с фотопечатью в виде черно-белых городских перспектив и не могла оторвать от него глаз. Огромное, почти во всю стену, оно завораживало не то темнотой ночи, не то яркими огнями. У Шаурина в квартире вообще вся концепция интерьера построена на черно-белом контрасте с отсылками к ар-деко, — исполнена в узкой цветовой гамме, но удачно обыграна в разности фактур. Тут и серая кожа в обивке мебели, и на стенах белое многослойное текстурное покрытие с перламутром, и блеск металла в предметах декора – все играло. И пол, конечно, пол, черный, глянцевый. По всей квартире сплошное каменное полотно с серыми прожилками. Поначалу Алёна даже поймала себя на мысли, что ступать на этот пол не хочется. Кажется, холодный он, неприятный. Но нет, удивилась невольно, когда босыми ступнями почувствовала тепло.

Повернувшись к противоположной стене, ткнула пальцем в плазму:

— Ты же не смотришь телевизор.

Ванька стоял тут же в гостиной и наблюдал за девушкой, расслабленно облокотившись о радиусную барную стойку. После слов Алёны он бросил взгляд на висящий позади телевизор, словно вспоминая, зачем и правда повесил его на стене.

— Это декор, — ответил с усмешкой.

— То есть иногда ты все-таки делаешь то, что от тебя ждут?

— Иногда делаю. Ну, давай-давай, не останавливайся. У тебя же есть, что сказать.

Алёна поджала губы, храня на лице таинственное выражение.

— Ну ты же не сам проектировал дизайн? Тут явно работали профессионалы.

— Конечно, но я же высказал свои пожелания. Обсуждал детали. Это то, что я хотел получить.

— Напрашиваешься на диагноз? — уперла руки в бока.

— Напрашиваюсь, — оттолкнулся от столешницы. — Ты хотела посмотреть, как я живу. Ты у меня дома – валяй.