Онлайн книга «Перерыв на жизнь»
|
принимает душ, находит в шкафу удобные вещи. Оценивая свой внешний вид в зеркале, здраво признает, что лучше в таком состоянии нигде не появляться, но голод выгоняет ее на улицу. Дома ни крошки. Ни чая, ни кофе, ни какого-нибудь засохшего печенья. Рада выходит из подъезда, радуясь, что надела ботинки на ребристой подошве. На улице очень скользко и еще темно. С растрепанных облаков сыпется снег. Звенящий мороз хватает за щеки, как будто приветствует. Они ведь с Герой не сидели дома, всегда куда-то ходили, ездили, но сейчас она выходит одна с чувством, словно ее выпустили из заточения. Так непривычно одной. И неуютно. Медленно она идет по тротуарной дорожке, иногда скользя, иногда взмахивая рукой в попытке ухватиться за пустое пространство и удержать равновесие. В круглосуточном магазине долго выбирает, что купить. Ничего не хочется. В конце концов, берет манную крупу и молоко, яблоки, булочки, растворимый кофе. Потом она составит список продуктов и купит что- нибудь нормальное, съестное. Потом... Не домой Рада идет, снова выйдя на улицу, а направляется в противоположную сторону. Не думая, без цели, она идет... Навстречу попадаются люди. Они текут толпой по тротуару, выливаются семьями из подъездов. Спешат. Тянутся одинокими столбиками к транспортным остановкам, стуча каблуками по мерзлой брусчатке. А она идет и пробует новое для себя ощущение, когда никто не дышит в затылок. Не подгоняет, не сбивает дыхание. А люди спешат... Дома варит манку, она получается, как обычно, дрянная. Но Дружинина ест ее вместе с комочками, плачет, и, кажется, ей становится немного легче. После полудня начинаются звонки. Сначала Наташка Кузнецова требует встречу, но Рада отказывается, сославшись на мнимые дела. Разговаривать и делать вид, что все прекрасно, просто нет никаких сил. Затем звонят из какой-то организации, куда когда-то давно она отправляла резюме. Столько времени прошло, откуда они только его откопали. Дружинина говорит, что они ошиблись, и работа ей сейчас не нужна. Затем звонит мать. — Да, мама, — отвечает Рада. Тон получается резким. — Ты дома? — интересуется Лариса Григорьевна, сама не представляя, что тем самым загоняет дочь в тупик. Дома? А где теперь ее дом? В этой бездушной квартире или в том месте, наполненном красочными воспоминаниями, но в котором ей со вчерашнего дня стало так трудно дышать? — Дома, — отвечает Рада и тут же понимает, что совершила большую ошибку. — Ушла от своего любезного? — С чего ты взяла? — Ни с чего. Просто рано или поздно это все равно произойдет. Наиграетесь и разойдетесь. Что ты тогда будешь делать? Ко мне придешь плакаться? — Нет, мама, к тебе я точно не приду. Упаси меня боже. — Я всегда хотела для тебя самого лучшего и не понимаю, почему вдруг стала для тебя врагом. — И я не понимаю. Но если ты действительно хочешь для меня самого лучшего, то, сделай милость, не вмешивайся в мою жизнь! Просто оставь меня в покое! У меня все в порядке! Я просто заехала на квартиру проверить, не затопила ли я соседей, и заплатить по счетам! У меня все в порядке! — выкрикивает она и бросает трубку. Хочется выключить телефон. Выключить! Отключиться от всего и потерять связь со всем гребаным миром! Раньше бы Дружинина так и сделала, не задумываясь. Но не сейчас. Вдруг Гергердт позвонит. |