Книга Палитра счастья, страница 34 – Оксана Сергеева

Вылив оставшийся кофе в раковину, он посмотрел на часы. Ещё минут десять у него есть.

В этот момент Франс уже выгнал чёрный, лоснящийся, как дикое животное, «Майбах» и любовно протирал фланелевой тряпочкой лобовое стекло и фары. Этот ритуал был неизменным уже много лет, и, наверное, даже гражданская война не смогла бы заставить Билли от него отказаться.

Со вздохом Ян оглядел пространство вокруг себя. Чувство неудовлетворённости мучило как никогда, потому как, что-то определённо не складывалось: кофе горький, повидло слишком приторное, булочки чёрствые, а зубная паста, которой он обычно чистил зубы, ну просто отвратительная. Чего-то всё время не хватало, вернее, кого-то. Известно, кого… Её. Ему всего лишь не хватало Её. Она жила здесь, но Эвы как будто и не было.

Совесть, которая несколько дней назад только лишь точила свои острые коготки, уже содрала с него кожу. Он не привык прерываться на полуслове, а «солнечная девочка» дала ему отворот-поворот, не дав возможности высказаться. И не предполагал, что недосказанность может съесть живьём.

Порывшись в «Эвиной» вазочке со сладостями он выудил мятную конфету и вышел через парадную дверь.

* * *

Эва положила палитру в ванночку с горячей водой.

Лучше сказать, швырнула её туда, получив за это обжигающим всплеском капель. Захныкав, она принялась растирать воду на руке. И без того уже дрянное настроение вообще пропало.

Первые два дня злостное вдохновение было настолько велико, что она работала даже днём, жутко довольная мрачной картиной. Но постепенно серость и уныние стали действовать на нервы, так как большой злопамятностью она не страдала, а мрачность и пессимизм были не в её натуре. Однако же, отступать после такого смелого заявления смешно, поэтому, скрипя зубами, она чистила кисти, готовя в уме новые художественные изыски.

— Крошка, ну что с тобой творится?

Симон сидел на диване с банкой содовой в руке и наблюдал за страданиями юной художницы.

— Ничего.

— Как же… Рассказывай. Сама не своя, вижу же. А это что? — он кивнул на стену. — Что это за фигня? Я в шоке малышка, это что за похоронные мотивы? — Услышав в его голосе искреннее возмущение, Эва улыбнулась. — Достал он тебя, да?

— Да, — просто ответила Эва, не считая нужным что-то прибавлять к своим словам.

— Это он может, — согласился Симон.

— Уверяю тебя, ничего личного, это просто заказ. Он получает то, что просил. — Эва взмахнула кистью, как будто это могло ей помочь убедить Симона.

— Вообще-то, он не плохой человек. Его нужно узнать. Ты бы могла.

— Что могла бы?

— Узнать его. У тебя бы получилось.

Эва отложила кисти, нетерпеливо вытерла руки и уселась на диван рядом с Симоном, накручивая золотистый локон на указательный палец и обозревая свои результаты.

Сколько ещё она выдержит, выписывая эту мазню?

Они молча смотрели некоторое время, глядя на тёмные штрихи.

— Да бросай ты это! Отдохни сегодня! Я тут притащил пару комедий, давай вечером посмотрим, поедим попкорн. Ты мне обещала … Я хочу с тобой посоветоваться… — припомнил ей Симон их разговор, погрозив пальцем.

— Насчёт Джули?

— Ага.

— Хорошо. Так и быть, уговорил. Только у тебя.

— Само собой, крошка! Развалимся на диване и будем мусорить! Пойду тогда постригу лужайки, а то Ян с меня шкуру спустит.