Книга Палитра счастья, страница 295 – Оксана Сергеева

— Дома, Эва. Дома… — он поцеловал её в висок и заглянул в лицо.

С каким бы комфортом они не летели, полёт вымотал её. Она устала и плохо себя чувствовала. Так резко менялось её самочувствие, как и настроение тоже. Она была то бодра и весела, то валилась с ног; то общительна и мила, то рычала и была абсолютно раздражена. Она изменилась. Очень. Но по вполне понятным причинам. И может быть, если бы не такие бурные проявления её состояния, он бы ещё не осознал её беременность и не ощутил всю прелесть будущего отцовства. Но она уже изменилась и он очень остро ощущал почему. И в почти критических ситуациях напоминал себе о причине её такого поведения. Успокаивал себя, но чаще её. Эву перестал мучить токсикоз и она стала такой же активной, как и раньше, но в движениях её была какая-то плавность и сдержанность. Взгляд был словно направлен внутрь себя и наполнен таинственностью.

Она тихо вздохнула и он снова посмотрел на неё. Оторвал глаза от проплывающих мимо ярко освещённых зданий. Хорошо, что они прилетели в такое время: можно сразу лечь спать и не маяться. Не сомневался, что и от ужина она откажется. Да и самому есть не хотелось.

В кармане настойчиво завибрировал телефон. И Ян чуть не выругался вслух, когда увидел номер звонящего. Особенно в такое позднее время.

— Что? — сказал он тихо, чтобы не разбудить её.

— Я не мог тебе дозвониться.

— Я приеду завтра утром, — сразу сказал Ян. — Говорю же, приеду завтра утром, Джеф, — настойчиво говорил он, лишая абонента возможности почитать нотации. Джеферсон замучил его звонками, потому что он так и не сдал кровь на аллергены, как обещал.

Билли остановил машину возле дома на подъездной дорожке и Эва открыла глаза, почувствовав, что они приехали. Завозилась и села прямо.

— Теперь у меня все кости болят, — чуть не захныкала она.

— Сейчас пойдём отдыхать, потерпи.

Они выбрались из машины, а Билли уже вытаскивал чемоданы из багажника.

Она осмотрелась, будто с трудом понимала, где находилась. А может, так оно было. Первое время после сна соображала она с трудом.

— Я так крепко заснула, что даже и забыла, что мы прилетели в Майами, — она потёрла глаза и улыбнулась. — Привет, Симон. Ты чего не спишь в такой час? Петуньи свои караулишь?

— Привет, миссис Грант, — оскалился Симон в обворожительной улыбке.

— Можешь не просыпаться, — сказал Ян и приобняв её за талию повёл в дом. Эва зажмурилась, от яркого света, отбрасываемого фонарями, освещающими дорожку.

— Ты меня сразу в кровать отведёшь?

— Да, сразу и прямиком в кровать.

— Сегодня я даже не сопротивляюсь, — она позволила почти тащить себя в дом. — А с каких пор Симон стал нашим носильщиком? — заметила, что Симон идёт позади них с чемоданами.

— Можешь считать, что это мой бескорыстный вклад в становление вашей семьи, — не долго думая, откомментировал Симон.

— Оставь здесь, — сказал Ян и Симон поставил чемоданы у лестницы.

— Всё нормально? — спросил он.

— Да, всё хорошо. Спасибо, — кивнул Ян и стал подниматься по ступенькам.

Путь до спальни казался просто бесконечным. Она еле переставляла ноги, а хотелось закрыть глаза и перенестись туда в мгновение ока.

Не стала дожидаться, пока в спальне зажжётся свет. А Ян и не стал его включать. Щёлкнул выключатель в гардеробной, а падающего света из проёма двери хватило для того, чтобы обнаружить в огромной комнате кровать и упасть на неё ничком. Что и сделала Эва.