Онлайн книга «Палитра счастья»
|
Он окружил себя многочисленными «нужно», и «должен». Должен… должен… должен… Ян готов был написать эти слова на холодильнике и на зеркале в ванной, чтобы с утра глядя на это слово не забыть, зачем сегодня вообще проснулся. Быстро, широкими шагами он поднялся в спальню, по пути щелкая кнопки выключателей. Тёмный пустой дом, как ощущение полной разрухи в душе. Он застыл в гардеробе. Она и вещи не всё забрала. Такой нежный шёлк, но такой холодный… мёртвый. Без неё… Её тепла… Он так хорошо помнил ощущение этой нежной ткани на её теле. Так отчётливо чувствовал… прикоснулся… пальцы дрогнули… убрал руку. Эва всегда ложилась спать одетая, если можно так сказать, учитывая полупрозрачную коротенькую сорочку или какую-нибудь маечку, служившими для этих целей. А он усмехался, не видя в этом никакого смысла, если через минуту он стягивал это жалкое одеяние. Она ворчала, что не может и ненавидит спать обнажённой. Но его это мало волновало. Он стаскивал с неё всё. Даже если они не занимались любовью, он всё равно раздевал её. Хотел чувствовать всем телом… всей кожей. Она была среднего роста, но для него всё равно была маленькой. Легко и удобно умещалась в его объятьях. Уютно устраивалась у него на груди или прижималась к нему спиной, или как котёнок сворачивалась под боком. Лишь бы рядом… Близко… Тепло… А теперь она была далеко. Так далеко, что и не достать… не добраться… Я покидал в сумку какие-то вещи и, не задерживаясь, спустился на первый этаж. Взгляд неосознанно обратился к гостиной, туда, где Эва провела столько времени. Она бы провела там и больше, если бы он с боем не тащил её в кровать. — Ночью надо спать! — Это ты ночью спишь, а работаю. — Работай, когда меня нет. Я и так тебя не вижу. Прихожу, а ты торчишь со своими кистями и красками. Я уже ненавижу эту картину! — он был недоволен. — Когда тебя нет, я не могу работать. Моё вдохновение приходит вместе с тобой, — она смеялась. Он вздыхал, смиренно оставляя её ещё на часок. Часок затягивался на два. Он засыпал, но просыпался, как только она забиралась в кровать. Как бы тихо она не приходила, он чувствовал. Обнимал её, прижимая к себе. А если спал крепко и не слышал, она забиралась ему под руку, тихонько вздыхала полная удовлетворения, радости и внутреннего тепла. — Который час? — всегда сонно спрашивал он. — Час, — «правдиво» отвечала она, хотя на часах было два часа ночи. И честно прибавляла ещё полчаса, если засиделась до трёх. — Спи. Ещё много времени, — шептала, точно зная, что он высчитывает, сколько времени осталось на сон. Ярко вспыхнул свет. Медленно он прошёл по гостиной. Бросил сумку в кресло, но не разжал кулак. Чуть задержался, а потом отпустил ручки. Двинулся к стене, задёрнутой полиэтиленом. Она всё ещё была завешана. «Я рисую тебя…» Медленно сделал пару шагов. «Тебя…» — эхом отдавалось из глубины души. Остановился, оглянулся, словно удостоверившись, что вокруг никого нет. «Я рисую тебя»… — смеялась… Оглянувшись, он сделал это неосознанно, в душе не хотел, чтобы кто-то видел эту фреску. «Покажи, что там…» — иногда говорил. «Ты…» — таинственно улыбалась. В глазах светились искорки веселья. Он и сам не хотел видеть это… На полу так и стояли баночки с краской, лежали кисти разной жёсткости. На это он не обратил внимания. Взгляд его был прикован к фреске, что скрывалась за импровизированным занавесом. Под давлением его руки занавеска легко отъехала в сторону, предоставив полный обзор. |