Книга Единица безумия, страница 36 – Оксана Сергеева

— Да.

— И картошку фри. Мне двойную порцию.

— Договорились.

Они поели в ближайшем кафе. Просто поели, не придумывая тем для разговора и толком ничего не обсуждая. Андрей отвез Женьку домой, и она попросила завтра никого за ней не присылать. Сама доберется.

Войдя в квартиру, Погодина изумленно замерла перед своей комнатой. Другая дверь. Новая. Красивая из темного дерева. Но еще больше ее поразил Кувалда, ползающий по коридору с половой тряпкой.

— Ты что делаешь?

— Порядок навожу, – прохрипел он, сосредоточенно отдраивая плинтус.

— Ты? Порядок? Ты и мусор вынес, что ли?

— А как же.

— Господи, что происходит с этим миром, – прошептала Женька.

— Ща-ща, подожди, ключи отдам.

Кувалда, постанывая и покряхтывая, поднялся на ноги и похромал в свою комнату. Снова появившись, он вручил ей ключи и сунул в руки какой-то пакет.

— Это что?

— Тапки… новые. Колбаса. Я ж должен был. Сырокопченая. Обещал же. Ты это… прости, я сегодня с утра лишку дал…

— Это ты мне дверь поставил? – Женька все пялилась на новую дверь и не могла связать двух слов от удивления.

— А кто ж еще? Я, конечно. Сам вызвался.

— И сколько я тебе должна?

— Нисколько. Как говорится, все за мой счет. Я с пацанами все порешал, не лох же. Вишь, как новенькая… почти… есть пара царапин, но это ж ерунда. – Кувалда любовно провел ладонью по двери. – Ты посмотри, я старался, все сделал аккуратно.

— Сам?

— Конечно. У меня ж руки не из жо… ну… все че хош могу. Ты, главное, ни о чем не беспокойся, все будет нормально.

— Что нормально? Надеюсь, ко мне завтра менты не нагрянут из-за этой двери?

— Не должны… вроде. Может, ремонт замутим?

— Чего? – с еще большим удивлением глянула Женя на соседа, забрала ключи и открыла комнату.

— Ремонт, говорю, сделаем. Тут, – окинул взглядом коридор, – или в ванной. Или в кухне.

— А старуха где? Тихо так… Померла, что ли?

— Не-е, она у себя. Это я с ней поговорил. Сказал, чтобы не шумела. Ты это… не думай… я ничего не тронул, ни пылинки не пропало. Все на месте, можешь не волноваться… рыбка там… плавает…

— Ладно, верю, иди уже, – отмахнулась Женька, стремясь поскорее избавиться от общества соседа.

— Понял, исчезаю, – отступил он.

Погодина захлопнула дверь, бросила сумку на кровать и на всякий случай проверила, все ли на местах, не спер ли чего Кувалда. Потом она подошла к стоящему на столе аквариуму и сыпнула в него щепотку сухого корма.

— Знаешь, рыбка, по-моему, у меня неприятности.

Следующие несколько дней Женька была как на иголках, и вскоре осаждавшие ее дурные предчувствия оправдались с лихвой.

— Дольчегабана, ты сегодня без кофе? А я уже привык к твоему желанию с утра меня взбодрить, – в своем привычном тоне встретил ее Погодин.

Отвечать колкостью на колкость стало для них доброй традицией, но на этот раз Женя не отреагировала на шутку, а молча опустилась на диван.

— Что случилось? – тут же спросил Андрей, почуяв неладное.

На ней было радостно-розовое платье, но именно этот цвет неудачно подчеркивал красноту носа и заплаканные глаза. Свободное, оно, казалось, повисло на скованном теле бесформенным мешком.

— Мне сегодня звонила Алеева.

— Это кто?

— Следователь. Нужно ехать в морг на опознание.

— Брата? – сразу догадался Погодин.

Женя кивнула:

— Да. Ты съездишь со мной? Я… – и сделала дрожащий вдох, – мне почему-то страшно…