Книга Единица безумия, страница 19 – Оксана Сергеева

Не говорил он лишь одного. Что Рысь его отец. Об этом знал только Сашка. Потому что от него бесполезно что-то скрывать. И потому что их многолетняя дружба не просто приятельство.

— Слушай сюда, писучий идиот, – Виктор Олегович пронзил свою жертву беспощадным взглядом. – Чтобы я тебя здесь больше не видел, барыга недоделанный. Ты меня понял?

Может, Севка и хотел что-то ответить, но не мог. Только сучил ногами и хрипел.

— Моргни хоть.

Севка зажмурился.

— Убери его отсюда, – махнул Рысь рукой, и Федор выволок Всеволода из кабинета. – Тебе больше не о чем беспокоиться, больше он здесь не появится. Никто не появится.

— Я и не беспокоился. Чем обязан? – небрежно спросил Андрей.

Виктор Олегович опустился на диван, удобно привалившись к спинке. Поскреб седую бороду и вздохнул:

— Ты не соизволишь даже позвонить. На мои звонки не отвечаешь, от встреч отказываешься. Вот я и решил сам наведаться.

— Поразительное рвение для человека, который всю жизнь знать меня не хотел.

— Это все в прошлом.

— Неужели? Все так просто, да? Раз – и тридцать лет моей жизни для тебя в прошлом.

— Я ошибался. Каждый имеет право на ошибку.

— Слушай, прекрати. Это не про тебя. Не надо бросать эти громкие фразы.

— Я был не прав и хочу это исправить.

Погодин громко рассмеялся, начиная терять самообладание. Впрочем, как и всегда при встрече с отцом. Его жутко бесили эти разговоры. Всю жизнь Рысю не было до него дела. Всю жизнь Погодин справлялся сам. Заботился о себе сам, помогал себе сам. Или ему помогали чужие люди. Но не отец. Который сейчас вдруг появился и строит из себя благодетеля. Сочится лицемерной заботой.

Может, кто-то и был бы рад появлению такого вот богатенького папы-авторитета, но только не Погодин.

— Тебе всю жизнь было на меня насрать. Ты думал, кому бы в жопу паяльник засунуть, пока я с голоду подыхал… с такой-то мамашей…

— О твоей маме… о ней лучше не надо, – покривился Рысь. – Во-первых, я действительно не знал, что ты мой сын, я в это не верил, а твоя мать…

— Знаю. Шлюха. Была одной из твоих шлюх.

— В том-то и проблема, что она была не только моей. Откуда мне было знать, что она говорит правду.

— Избавь меня от этих подробностей.

— Наша история не про любовь, понимаешь? Я не бросал ее. Это не про любовь. Просто она, как и все бабы, хотела получше простроить свою задницу. Бегала от одного к другому. Возможно, если бы она была только со мной, что-то бы и получилось.

— Еще раз прошу. Без подробностей. Мне это не интересно.

— Ты же умный мужик, оставь свои обиды. Не находишь, что это все детские комплексы?

— Не переживай, я все про себя знаю. Про свои комплексы и страхи. Так что в психоаналитике не нуждаюсь. Тем более если в этой роли собираешься выступить ты.

— Кто, как не я. Я же твой отец.

— Ты мне не отец. Не надо мне рассказывать про внезапно открывшуюся любовь.

— Меня начинает раздражать твое упрямство.

— А мне плевать, что тебя это раздражает.

Виктор Олегович погрузился в недолгое молчание, но затем вздохнул и самодовольно улыбнулся:

— Знаешь, я тобой горжусь. Ты умный, смелый, я бы сказал, даже дерзкий…

— Весь в тебя, одним словом, – усмехнулся Андрей.

— Именно. Я тоже рос без отца. Но, если бы он появился, я сказал бы ему то же самое, что ты сейчас говоришь мне.