Книга Единица безумия, страница 110 – Оксана Сергеева

Рысь резко остановился. Так резко, что Женя едва удержала равновесие, чтоб не запнуться. Он повернулся к ней и долго изучал ее лицо. Женя чувствовала, как под его взглядом ее внутренности холодеют, а щеки тем временем покрываются румянцем.

— Зачем ты мне это говоришь? – спросил он.

— Не хочу врать. Не хочу притворяться, – проговорила, не отводя глаз.

— То есть, и твоя забота, и хорошее отношение, и мир, который у нас установился, и твой чай с мятой для меня по вечерам – все притворство?

— Нет! Конечно нет!

— Тогда мне не о чем волноваться, – просто сказал он, и они двинулись дальше по дорожке. – Строго говоря, вы не очень похожи на двух людей, которые так уж обременены обществом друг друга. Остальное мне мало интересно.

Женя улыбнулась, обрадовавшись такой реакции отца, и внутренне успокоилась. Возникшее между ними понимание не было наигранным. Она вообще не старалась понравиться или завоевать доверие, все выходило само собой.

— Я совсем не тот отец, о которых мечтают мальчишки. Вряд ли я мог бы служить примером и быть в глазах сына героем. Живя со мной, Андрей практически не видел бы меня. Я с трудом признаю свои ошибки, мне сложно говорить о чувствах…

— Ну вы же говорите об этом со мной! Скажите и ему то же самое!

— Почему-то с тобой говорить легче, – рассмеялся Виктор Олегович. – И сам не заметил, как разоткровенничался.

— Тогда сделайте что-нибудь…

— Вот мы и подошли к самому главному. Об этом все время думаю. Об этом хочу поговорить. Был момент, когда Андрей очень сильно нуждался во мне, но я ему не помог…

Женя хоть и догадалась, о чем пошла речь, но перебивать не стала.

— Я не имел представления, как это для него важно. Ну, случилось что-то… поменял работу, занялся другим делом… только и всего. Тысяча людей так делает! Так я рассуждал. И только теперь понимаю, что тогда Андрей лишился чего-то важного, основополагающего.

— Он ведь сам не захотел возвращаться в медицину, сам отказался от практики.

— Потому что никто не сказал ему: «…ты профессионал, работай, делай свое дело…». Возможно, этим человеком должен быть я. Возможно, в тот момент отец должен был сказать сыну: «Сынок, ты лучший. И дело вовсе не в тебе, наплюй на все…»

— Знаете, – пылко сказала Женя, – я с вами соглашусь. Почему-то все говорят, что слова ничего не значат, главное – поступки. Но это не так. Не всегда так. Слова тоже много значат. Иногда не хватает двух слов, чтобы подняться. Двух слов, чтобы двигаться вперед.

— Ладно, – вздохнул он, словно рукой махнул, – говорить уже поздно. Сам не люблю эти вероятно-статистические рассуждения. Но я хочу сделать. Я знаю, что он мечтал открыть наркологический центр. Я хочу исполнить его мечту. Хочу восстановить справедливость и дать ему то, чего он лишился.

У Жени захватило дух от этой идеи, но она засомневалась:

— Он говорил, что не хочет быть врачом.

— Ему и не надо. Он может быть учредителем, набирать персонал и все контролировать. Делать все, что должен, что хочет, но не быть врачом. Это его сфера, я уверен, что он справится и будет на своем месте. Мы вернем его в медицину, но в другой роли. Это будет новый путь. Его успех, удачливость, плодотворность, все будет зависеть только от него, а не от какого-то дяди, на которого он работает.