Книга Агония, страница 78 – Оксана Сергеева

— Я ж не Родину продаю, а зарабатываю на человеческой жадности. Причем легально.

— Угу, а поскольку жадность человеческая неискоренима, работы у тебя полно.

— Работы у меня полно, потому что Алжир покупает у нас все. Начиная с пуль и заканчивая вертолетами. Калаши, вообще, их все. Я знаю, что и кому продать. И арабы меня знают, и им нравится со мной работать.

— Ой, что ты мне рассказываешь, будто я не знаю, как наши чиновники оружие сбагривают.

— С меня взять нечего. Я просто посредник. Можно сказать, консультант. У меня все так же, как в салоне сотовой связи. Только проценты там побольше, нервов я трачу побольше. Ну и денег, соответственно, получаю побольше, — усмехнулся Вадим. — Переговоры провел, если надо затестить оружие, затестим. Отстрелять — отстреляем. И все — я свободен. Не смотри на меня так, будто я паука тебе съесть предлагаю.

— Вадим, почему ты не хочешь пойти в «Ростех», сколько раз тебя уже приглашали?

— Мама, послушай, — подлил себе и матери коньяк, — мне так удобно, потому что у меня нет семьи…

— У тебя есть семья! — стукнула своим бокалом по столу.

— Я знаю, — спокойно согласился Вадим. — Я не про это. У меня нет жены, нет детей. Могу мотаться по командировкам, ездить на стрельбы, могу даже застрять где-нибудь на пару месяцев, я же не обременен никакими связями. Был.

— То есть, — осторожно начала Ангелина Дмитриевна высказывать свою мысль, — ты хочешь сказать, что, когда обзаведешься семьей, все это закончится?

— Именно это я и хочу сказать.

— Подожди, не все сразу. Когда ты, сказал, улетаешь?

— Завтра.

— Давай, Вадюша, — подняла бокал и со значением произнесла: — Чтобы в этот раз все было не как у этих… педерастов.

— Чего? — чуть не подавился коньяком.

— Чтобы все не через жопу, сынок!

Вадим расхохотался и долго не мог успокоиться. Мать, очень довольная собой, тоже смеялась.

— Лечу через Париж, куплю тебе духи, — давя в себе смешки, пообещал он.

— Ради бога, только не «Шанель», терпеть их не могу.

— Я помню, что не «Шанель».

— И фиников из Алжира.

— Фиников привезу обязательно.

В разговоре наступила пауза, и в комнате повисла приятная тишина. Вадим допивал свой коньяк, мать умиротворенно вздыхала.

Потом она сделала сосредоточенное лицо, вспомнив то важное, о чем еще не сказала.

— Ты знаешь, что я все знаю, поэтому спрошу прямо. Вадим, что у тебя с этой девушкой? — пытливо посмотрела на него.

Сын отреагировал спокойно:

— Мама, у «этой девушки» есть имя, и ты его знаешь.

— У вас все серьезно? С Региной.

— Да.

— То есть, это не просто общение, разговоры…Я думала, ты тогда пошутил, — вздохнула.

— Нет. Шутка оказалась очень жизненной.

— Я думала, что ты пошутил, — повторила, задумчиво глядя вперед, — что ты этого не сделаешь. Не потому, что не сможешь. Я знаю, ты все можешь. Просто вы с Владиком ну такие разные — как земля и небо. Я даже не предполагала, что ты обратишь внимание на его девушку. Ты всегда во всем отличался. У тебя совершенно другой вкус.

— Мама, мы с Региной давно знакомы, просто этого никто не знает.

— Да ты что, — выдохнула мать и глянула ему в лицо.

— Да. Мы познакомились зимой, как раз перед моей последней поездкой в Алжир. Знакомство было недолгим. Потом я улетел… дальше ты и сама знаешь.

— Вот! — постучала пальцем по столу. — Ты даже девушку чуть не потерял из-за своей работы! Я так и знала, что что-то тут не то, так и знала. Не мог мой сын так вульгарно поступить, как мне обрисовали, не мог. Надо же, Реймана бросила из-за Шамрая, ой, скандалище-е-е.