Книга Измена. Тест на любовь, страница 15 – Оксана Сергеева

Мирон впускает меня в квартиру.

Я понимала, что будет тяжело, но не ожидала такого ледяного равнодушия. Едва на меня взглянув, он идет в кухню, бросая через плечо бесстрастное:

— Кофе будешь?

— Буду, – на автомате соглашаюсь и плетусь следом, замечая, что Мирон ведет себя в этих шикарных апартаментах по-хозяйски, и одет он по-домашнему. На нем треники и белая майка.

На кухне он молча заправляет кофемашину и тыкает на кнопку, явно не собираясь помогать мне начинать разговор.

Мы молча ждем, пока сварится кофе. В эту минуту в дверь снова звонят, я почему-то непроизвольно вздрагиваю, как воровка, которую застали на месте преступления.

— Это доставка пиццы. Я еще не завтракал, – объясняет Мирон, уходит в прихожую и через минуту возвращается с двумя коробками.

Он наливает кофе, достает тарелки. Все это делает, не глядя на меня, будто смотреть в мое лицо ему неприятно.

Это предположение отдается болью у меня в груди, и я начинаю нервничать от неловкости и неуверенности в себе.

— Ты что-то сказать мне хотела, – будто устав от этой молчанки, напоминает Мирон.

— Ты снимаешь эту квартиру? – как бы невзначай спрашиваю я.

— Нет, она моя. Я ее купил, – отвечает он и смотрит прямо на меня.

В его глазах вдруг вспыхивают искорки веселья.

— Купил? А как? – и хотела бы смолчать, но так удивилась, что не смогла себя проконтролировать.

— За деньги, Мил. Заработал и купил. Что случилось? О чем ты хотела поговорить?

— О нас.

— О нас? – переспрашивает он, и сквозь его мягкий тон пробивается едкий сарказм. – Я тебе уже все сказал. Еще вчера.

— Я рассталась со Стасом.

— Поздравляю, – холодно откликается Мирон.

— Больше ничего не скажешь?

— А что я должен сказать?

Меня срывает от его равнодушия, и в голосе невольно прорывается злоба:

— Ты же сам просил меня уйти от него! Вот… теперь мы не вместе…

— Мне это уже неинтересно. Я же тебе сказал вчера утром: или ты остаешься со мной, или уходишь навсегда. Ты выбрала уйти.

— Я вернулась. К тебе. Потому что не могу без тебя. Я не смогла выйти за него. Я люблю только тебя и всегда любила.

Мирон смеется незнакомым, язвительным смехом. Таким холодным, что у меня мурашки озноба бегут по позвоночнику. Первый раз в жизни эти мурашки при общении с Мироном – не от удовольствия. Я не узнаю его, и это меня пугает.

— Прекрати, Мил. Это не ты не вышла за него. Это Стас тебя бросил. И правильно сделал.

Несколько секунд оторопело смотрю на него, потом реальность бетонной плитой наваливается мне на плечи.

— Ты все знаешь? – спрашиваю я. – С самого начала… Вы оба…

— Конечно. Стас сам меня нашел. Представился, попросил выслушать. Я сначала подумал, что чувак не в себе. А потом понял, что ошибся. Как раз наоборот. Он нормальный. Спросил, как долго мы были в отношениях и почему расстались. Я рассказал, мне скрывать нечего. Предложил устроить тебе проверку. Ты ее не прошла.

— Боже, какая ты мразь… Вы оба.

— За него не буду ничего говорить. Но почему это я мразь? – смеется Мирон. – Я ни с кем не встречаюсь, никому ничего не должен, никого не обманываю. Могу трахать, кого хочу и когда хочу. И так часто, как хочу. Стас тоже тебе не изменяет, насколько я знаю. А вот ты перед самой свадьбой к другому в постель залетела и всю ночь кувыркалась без зазрения совести. По-моему, очевидно, кто из нас большая мразь. Я тебя не насиловал, не заставлял. Ты сама поехала ко мне, даже не вспомнила, про Стасика своего, когда у меня отсасывала. Ты, Мила, тварь расчетливая. Была, есть и будешь, наверное. Тебя только деньги интересуют и всегда интересовали. Хорошо, что ты ушла… Потому что… – тут он запнулся, будто сбился с мысли, но договорил, хотя видно, что каждое слово давалось ему с неимоверным усилием: – Все-таки дал я слабину… Когда просил уйти от Стаса, говорил искренне. Дурак, конечно. Такие, как ты, не меняются. Любил я тебя сильно – вот и принакрыло после секса. Вспомнилось все, и я сдуру решил, что мы опять можем быть вместе. Ведь теперь у меня есть то, что тебе нужно. Денег хватит на все твои желания. На браслетики от «Тиффани», на шмотки дорогие, на шубки и бриллиантики. Я не стал тебе этого говорить. Подумал: если останешься со мной безо всяких условий, все для тебя сделаю. И сделал бы. Но ты пошла за кошельком. Как обычно. Хорошо, что пошла. Я тебе за это благодарен, а то бы опять встрял…