Книга Неблизкие, страница 108 – Элла Савицкая

— Ну всё — всё, перестань, — перетягиваю ее к себе на кресло. — Мы справимся.

Вся эта уверенность напускная, конечно же. Я тоже нервничаю и понятия не имею как все сложится в ближайшем будущем.

Но я хочу, чтобы Лиза помнила меня таким, какой я с ней всегда. Так ей будет проще.

Уткнувшись лицом мне в шею, стесняшка пальцами сгребает футболку в кулачки.

— Я обещаю…. — говорит тихо, — быть сильной и … эгоисткой. Больше никто не выведет меня на слезы, клянусь. Я буду беречь себя. Ради себя… ради нас.

— Моя умница.

Прижимаюсь губами к ее макушке, пальцы сами ныряют в мягкие волосы. Перебирают, гладят. Тактильно запоминают.

Дверь в палату открывается и Леонидов показывает мне на наручные часы.

Киваю, крепче прижимая Лизу к себе.

— Я буду скучать, любимая.

— Я тоже, — шепчет она, как котенок, вслепую находя мои губы.

Я ошибся, меня не будет ломать. Меня уже ломает. До режущей боли в груди. До пятен перед глазами.

Как же я буду скучать…

Три недели спустя

— Та-а-ак, еще один маленький штрих, — Камилла надевает на меня тонкую шапочку и удовлетворенно хлопает в ладоши. — Я знала, что тебе пойдет. Как только увидела в магазине, поняла, что твоё. С очками смотрится обалденно. Очень стильно, Лиз.

— Спасибо тебе, — ощупываю пальцами крупную вязку на шапочке.

Она тонкая, это скорее модный аксессуар, чем теплая вещь. Но мне приятно внимание Камиллы.

Она, после того, как я вернулась, не отходит от меня ни на шаг. Иногда её опека кажется чрезмерной, но со сломанной рукой, признаться, еще и без зрения, самой мне было бы непросто.

— Я тебя люблю, ты же в курсе? — протягиваю руку, а она, нырнув под неё, крепко меня обнимает.

— Естественно. Я же такое золотко.

Рассмеявшись, я присаживаюсь, чтобы обуть кроссовки.

— Готова? — спрашивает она, щелкая замком.

— Да. Не обязательно меня провожать до такси. Я знаю, как съехать на лифте вниз и спуститься по ступеням.

— Не лишай меня возможности лишний раз пройти мимо вашего соседа. Он там как раз чинит замок.

Улыбнувшись, встаю и беру с полки трость.

Она снова занимает здесь свое почетное место. Рядом с ней — парфюм Макса, которыми я по привычке брызгаюсь.

Я переехала в квартиру Максима окончательно из общежития сразу после того, как меня выписали, а это случилось несколько дней назад. Камилла предложила свою помощь. Отказывать ей я не захотела. Без Макса здесь пусто, и я бы, наверное, завыла от одиночества и тревоги за него.

Я так скучаю по нему. Дико. Ощущение, будто мы не виделись не три недели, а намного дольше. Сегодня первый раз, когда мы встретимся. Я ждала, когда у меня сойдет отек после операции. В этот раз восстановление заняло больше времени. В университет я пока не хожу. Врач сказал подождать еще как минимум неделю, окрепнуть и только тогда, если я буду уверена, что действительно готова, можно пробовать начинать жить привычной жизнью. Повязку на этот раз снимут не через пять недель, а почти через три месяца.

— Приехали, — водитель такси отрывает меня от мыслей.

Чувствую, как сердце вздрагивает и начинает биться чаще в ожидании встречи.

— Спасибо.

Открываю дверь, выставляю трость, нащупывая асфальт, а когда ступаю на него, меня кто-то придерживает за локоть.

— Здравствуй, Лиза.

— Мама?

— Я решила тебя сопроводить.