Книга Ты - моя паранойя, страница 30 – Элла Савицкая

В тишине пустого помещения мои шаги звучат по-особенному громко.

Пока я приближаюсь, Тара ставит бутылку обратно на подоконник и поворачивается ко мне передом. Устало выдыхает.

— Зак, как ты меня нашёл?

— Камилла адрес дала.

— Предательница, - закатывает глаза, а я не могу смотреть ни на что кроме неё.

Абсолютно без косметики, щеки розовые после тренировки, волосы собраны в высокий хвост и выбились хаотичными прядями. Одна спадает прямо на лоб, и я уже подойдя, убираю её наверх.

Тара замирает.

— За…

— Ты очень красивая.

Карие глаза прячутся за веками, потому что она их прикрывает. Не хочет на меня смотреть. Быстро отходит к зеркалу, и сама заправляют остальные пряди.

— Зак, зачем ты пришёл?

Медленно втягиваю воздух и иду за ней. Становлюсь позади и смотрю на неё в отражении. Таре требуется несколько секунд, чтобы наконец встретиться со мной глазами. Открыто, на равных. Словно в отражении это не так опасно.

Знаю, что должен держать себя в руках и делать как она просила, но не получается. Руки зудят так хочется её обнять, все внутренности буквально прилипают к передней части, как будто их магнитом выдирает наружу в её сторону.

Плюнув на всё делаю так, как мне хочется. Обнимаю её сзади и наконец вдыхаю любимый запах, проведя носом по острому плечу.

— Прости меня, - говорю тихо, пока она вся забивается в конуру. Напрягается. Нет, нет, не делай этого, маленькая. Ты мне нужна мягкой, податливой, как раньше. – У меня башню снесло.

— У тебя всегда сносит башню, Зак.

Пытается выпутаться из моих рук, но я крепче сжимаю узкую талию.

Ладонь втапливаю в голый живот, отчего кожу языками пламени жжёт.

— Потому что это ты, - констатирую факт.

— Зак, я не…

Поднимаю руку и накрываю её рот ладонью.

— Тттшшш, Тар, тихо, пожалуйста! – брыкается, но я буквально вбиваю её в себя спиной, - подожди. Не кусайся! Ты сейчас танцевала, а я смотрел на тебя и вспоминал как мы с тобой вдвоём зажигали, помнишь?

Заговариваю её, лишь бы успокоить. Не хочу опять сраться, орать. После вчерашних слез её я и так наизнанку вывернут, хочу загладить. Улыбку её хочу заразительную и хотя бы десятую долю прежней мягкости.

Но самое главное почему я здесь… Мне понять нужно есть внутри неё ещё что-то ко мне или умерло всё… потому что если есть, я сделаю как она хочет, дружба, весь этот блеф на время, лишь бы ослабила защиту. В кровь разобьюсь, но верну её, а если умерло, то смысл пытаться? Того, что бесследно ушло не вернёшь. Это как после пожара пытаться сделать ремонт. Рано или поздно запах гари вернётся, а выжженный металл никогда не станет таким же прочным как прежде.

Все ещё не позволяя ей говорить, сминаю кожу на твёрдом животике, а губами трогаю мочку уха:

— Как мы чувствовали друг друга, помнишь? – Шёпотом, шалея от её близости, - Без слов. Ты делала шаг вправо, а я влево, и подхватывал сразу, хотя ты этого не просила, – Маленькая затихает. Почувствовав, что она больше не сопротивляется, убираю руку с её рта и медленно съезжаю на шею. От такого чувственного прикосновения меня простреливает всего.

Не отрывая взгляд от карих глаз, задеваю губами шею, а раскрытая ладонь едет вниз по груди, цепляясь за собравшиеся в бусинки соски. Тара рвано втягивает воздух и несколько раз моргает, шумно сглотнув слюну.