Книга Ты - моя паранойя, страница 178 – Элла Савицкая

— Сейчас? – охреневает парень, но вероятно боясь, что я передумаю, тут же дергает ручку на двери.

— Маленькая, не против перебраться назад?

Хоть права у него и имеются, но как он ведёт себя за рулём мне не известно. Лучше будет, если я прослежу за этим с соседнего сидения.

Тара с готовностью открывает дверь и выходит на улицу. Я обхожу машину. Перед тем как сесть внутрь, ловлю её за шею и целую. Широкая улыбка на красивом лице неизменно вызывает ускоренный пульс.

— Спасибо тебе, любимый!

А это «любимый», которое она иногда произносит в порыве эмоций, каждый раз возносит меня к небесам.

— За что?

— Крис выглядит счастливым, - смеётся она, пока её дружбан любовно водит ладонями по коже руля.

— Надеюсь, я об этом не пожалею, - вздыхаю деланно и усаживаюсь на переднее сиденье. – Пристегнись, Тар.

— Уже!

— Ну вперед! Только давай без загонов! – подначиваю всё еще ошарашенного парня, чьи глаза буквально извергают искры предвкушения.

Он осторожно, с опаской заводит движок и аккуратно выезжает на трассу.

Признаюсь, водит он довольно хорошо. На этой тачке можно выжимать максимум, но он или остерегается, или понимает, что в машине Тара. Едет в дозволенных ста десяти и увлечённо тараторит о том, что эта ракета лучшее в его жизни.

Я расслабляюсь окончательно.

По дороге эти двое наперебой рассказывают истории, которые их связывают. Сказать, что я совсем не ревную, нельзя. Потому что тогда, когда Тара уехала и отрезала меня от своей жизни, я рвал и метал. Но сейчас я понимаю её причины и больше не злюсь по этому поводу. Хочется, чтобы в этих её воспоминаниях присутствовал и я, но уже как есть. Главное, что сейчас она рассказывает об этом периоде своей жизни без страха, что её рассказы повлекут за собой ссоры. Вообще, это впервые, когда она говорит о тех шести месяцах. Ни разу… ни одной чертовой истории до этого я не слышал. Она держала их все на замке, как и многое в своей жизни.

Никакой искренности, желания поделиться у нее раньше не возникало. Хотя… возможно, желание и было, но страх оказывался сильнее. Сейчас же слыша её смех и то, как они обсуждают какие-то события из их прошлой школы, я в очередной раз задумываюсь.

Тянусь рукой назад и наощупь нахожу её коленку. Теплые пальчики тут же накрывают мою руку в ответном жесте, и дальше мы едем именно так – не расцепляясь.

— Это было бомбезно, - чеканит каждое слово Крис, когда мы снова съезжаем на обочину перед въездом в город. По Нью-Йорку ехать то еще удовольствие, от которого он благоразумно отказался. – Спасибо, чувак! – парень пылко хлопает меня по плечу, и мы снова меняемся как сидели до этого.

Когда Тара оказывается на своём сидении, а я на своём, первое, что она делает – это тянется к моим губам. Я с удовольствием целую её и только потом возвращаюсь на трассу. Иногда мне кажется, что мы одержимые. Что я, что она, не можем остановиться прикасаться друг к другу. Нам необходимо чувствовать этот контакт кожа к коже, губы к губам. Я всё время опасаюсь, что может что-то случиться, и она исчезнет. Знаю, это последствия пережитой аварии, но конкретно с ними пока справиться не получается. Да и, если уж быть честным, отлипать от неё у меня нет ни малейшего желания.

— Как насчёт боулинга? – предлагает Тара после того, как Камилла нас всех от души накормила и убежала на смену.