Книга Ты - моя паранойя, страница 17 – Элла Савицкая

— Плохо смотрел.

— Ну, я ж не ты, чтобы из миллиона её высекать, - стебется, а потом садится рядом, - Поговорили?

Макс помнит, как я выживал после её отъезда. Сколько он мне девчонок подсовывал, чтобы «вытравить» её из памяти, или точнее «вытрахать», да только меня от всех отвернуло. Пил только как не в себя и творил хрень всякую. Гонять начал, почти всё тело татушками забыл. Они и до этого у меня были, но немного совсем. Сейчас же восемьдесят процентов кожи забито краской. Эта боль, которую испытывал во время набивания, успокаивала и отвлекала. Теперь благодаря татуировкам и футболу меня зовут сниматься для реклам в соцсетях и журналах. Сильно я этим не увлекаюсь, но, когда предлагают хороший гонорар, соглашаюсь. Не зависеть от предков меня вставляет куда сильнее, чем просить у них карманные.

— Угу. Типа того, - увиливаю от ответа.

Встаю, достаю из шкафа полотенце и направляюсь в душ.

Макс идёт за мной.

— Короче, я понял, - бухтит он, - Она вернулась, а ты нет. Как висел в своей клоаке, так там и остался. Брат, так нельзя. Тебе двадцать, а ощущение, что восемьдесят. Жизнь приглашает в свои объятия и надо это принимать, а ты зациклился, словно других тёлок кроме неё нет.

Знаю. И с одной стороны это реально бесит, особенно если учесть, что она то по ходу больше во мне не нуждается. Одна только мысль об этом проносит фантомную боль за ребрами такой силы, будто их крошат изнутри. Даже треск слышу.

— И что ты предлагаешь? Вариант с другими мы проходили, не помогает.

— Он не помогает, потому что твой мозг настроен на одну радиоволну по имени Тара. Переключись на другие и отвлечешься. Ты не трахался уже сколько?

— Не твое дело!

— Ну да, ну да, - хмыкает Макс, - просто цифра такая большая, что даже самому страшно озвучивать! Короче, сейчас после трени собираем пацанов и валим на боулинг, а вечером в клуб. Позову девчонок и будем тебя реанимировать!

Звучит на самом деле, хреново. Не хочется мне ни на боулинг, ни в клуб. Хочется в двушку, в которой сегодня ночевал. Хочется Тару заломать, и… убить! Так сильно хочу убить за то, что сделала. Что позволила другому себя целовать, трогать… стать первым.

«Теперь это будет кто-то другой»

Не думал, что эта фраза станет пророческой. Я долбаный год был уверен, что это буду я. Как верный пёс ждал одобрения хозяйки, а в итоге меня просто отпихнули ногой за ненадобностью.

Зажмуриваюсь, психуя, и упираюсь ладонями в стену. Даже не заметил, как залез под ледяной душ и намылил голову. Как в тумане все действия. Механические. Долбаный робот.

В боулинг я решаю-таки поехать. Если бы остался дома, рехнулся бы и точно отправился к ней, а сейчас нельзя. Я себя не контролирую. Разнесу к чёртовой матери и без того убогую квартиру. И так чуть не убил ублюдка, которого Алекс задержал. Думаю, сегодняшний наш с ним разговор надолго отбил у него желание подмешивать девчонкам что-то в напитки.

Давно я не пил так, чтобы унесло. А сейчас хочется. Хочется нахлестаться вдрызг, чтобы мысли земляными червями не копошились в мозгах.

В боулинге мы знакомимся с компанией девчонок и все вместе едем в клуб.

Я уже пьяный. Не настолько, чтобы не думать совсем, но становится чуточку легче. Мнимое облегчение. Фантомное, потому что стоит протрезветь и боль снова вернётся, но пока я рад этой анестезии. С ней дышится легче и кажется, что даже существование без Тары вполне возможно.