Книга Не пара, страница 20 – Элла Савицкая

Для сестры, я, как и для Миши, все еще наивный ребенок, которого нужно оберегать от опасностей окружающего мира. В список опасностей, конечно, входят сомнительные знакомства и такие вот ситуации, как у нас случилась с Сашей.

Все почему-то забывают, что, когда маме с отчимом приходилось работать по две смены с младшим братом сидела именно я. Сама до сих пор не понимаю, как так вышло, что из младшей, всеми обожаемой Алиски, я вдруг стала старшей сестрой. Мне было девять, когда мама родила от своего нового мужа. А уже в одиннадцать я гуляла с ним на площадке также, как когда-то гуляла со мной Оля.

Кормила, купала, занималась всякими развивающими занятиями после уроков, а когда он болел, сидела рядом и даже компрессы ставила, которым научила меня мама. Только по мере взросления я поняла сколько для меня делала сестра, когда возилась со мной в подростковом возрасте. Правда, мне повезло больше, потому что дядя Дима в отличии от нашего отца, не пил. Он, в принципе нормальный человек. Маму очень любит, да и ко мне как к родной относится. Ценит мою помощь.

Для него — я ответственная взрослая дочь. А вот для Оли и остальных — так и осталась той Алиской, которая росла у них на глазах.

— О, а вот и наши.

Оля, выпрямившись, выглядывает в окно, и я на автомате делаю тоже самое. От разворачивающейся картины на лицо наползает улыбка.

Сначала по газону бежит довольная орава детворы, размахивая надувными игрушками, а следом за ними направляются Давид, Демьян и Саша.

Все втроем высокие, подтянутые. Очень красивые такой вот — мужской, грубой красотой. Демьян гладко выбрит, а мой зять и Саша обросли щетиной. Застываю взглядом на последнем.

На глазах у него солнцезащитные очки, на груди развивается расстегнутая легкая хлопковая рубашка, выставляя напоказ те самые крылья, что я вчера не смогла рассмотреть.

Красивые крылья… на широкой мускулистой груди. Взгляд мой самовольно ползет ниже, и я чувствую, как щеки стремительно теплеют. Потому что пресс у Саши идеальный. Не такой, конечно, как у Миши, но…

Ладно, вру…

Очень выразительный. Кожа покрыта небольшой порослью волос, гуще собирающихся в дорожке по центру.

Сглотнув, быстро отвожу взгляд. Хочется приложить ладони к щекам, но это будет сильно палевно, поэтому выбрав другой вариант — я прячусь за чашкой с кофе.

Никогда не страдала тем, чтобы рассматривать мужчин. Они мне в принципе особо безразличны были. Саша же… из-за того казуса в клубе, у меня все в голове перепуталось. Внутри будто вибрирует в ответ на его присутствие, накаляется и жечь начинает раскаленной кочергой.

— Мама-а-а, — Адель с Амираном наперебой забегают на кухню, рассказывая что-то о том, что они помогали ежику перейти с одной стороны дороги на другую, а я встаю из-за стола, чтобы помыть за собой тарелку.

Наспех закидываю пару кусочков омлета в рот, потому что так и не поела, когда детские голоса сменяют мужские.

— Как вода? — спрашивает Оля, когда Давид с Сашей входят на кухню.

Демьян от них откололся и отправился в гостевой домик.

— Бодрящая, — Давид приникает к её губам. — Детей не купали даже в бассейне. Но им и песка хватило.

— Сейчас пойдем в душ, — улыбается сестра, — слушай, Саш, ты сможешь плюшу подкинуть домой?

— Без проблем, — карие глаза находят мои, а я снова ловлю себя на том, что рассматриваю крылья. Чёрт… — Десять минут дай мне и поедем.