Книга Его другая, страница 41 – Элла Савицкая

В дом мы входим едва ли не на цыпочках.

Давид прикладывает палец ко рту, показывая, чтобы я не издавала ни звука, берет мои сапоги, которые я сняла в прихожей, и кивком головы указывает идти следом за ним.

Да, знаю, что вы скажете! Правильнее было бы отправиться на такси к бабушке, но почему-то этот логичный и в принципе, верный вариант мой рассудок отбросил. И поэтому сейчас я крадусь на носочках по лестнице следом за тем, кого еще каких-то пол часа назад проклинала и ненавидела.

Мы минуем спальню Мариам и проходим дальше по коридору. Я точно знаю где его комната. Не раз останавливалась перед дверью, представляя чем он может заниматься. Как слушает музыку, лежа на кровати, читает книгу, или смотрит фильм. Но еще ни разу мне не доводилось быть по ту сторону.

Никогда не думала, что возможность подвернется именно таким вот образом. Ступаю в темную спальню, когда Давид открывает для меня дверь, а после входит следом. Клацает выключателем и защелкивает замок.

Топчусь на месте, неуверенно оглядываясь по сторонам. Удивительно, но в отличии от комнаты Мишки, Давида спальня гораздо более опрятная. Если у Помазова вещи валяются на стуле, кровати, и даже полу, то здесь всё аккуратно расставлено. На столе ноутбук и лампа. Кое-какие книги лежат на углу, а внизу, около кровати две гантели. То, что Дав качается, я знаю. Его подтянутое тело говорит само за себя.

Обвожу глазами выполненную в сдержанных тонах спальню. На полке, висящей на стене, замечаю многочисленные кубки и награды за успехи в каратэ. Мариам говорила, что Давид им раньше занимался, когда они жили в Ереване. Вот только, я не знала, что их так много.

— Ну и? Что застыла? — доносится тихо из-за моей спины, и я чувствую прикосновение ладони к своей талии.

Всего на мгновение, потому что в следующее Давид резко отдергивает её, и обходит меня стороной.

— Проходи!

Снимаю с себя пуховик и аккуратно сложив его, кладу на стуле. Что говорить — даже не знаю. Чувствую себя незваной гостьей, и от этого жутко неуютно.

Не понимаю, как вести себя.

Пока я пытаюсь придумать хотя бы какую-то правильную модель поведения, Давид подходит к шкафу и достаёт с полки аккуратно сложенную футболку.

— Можешь переодеться в это, — протягивает её мне.

— Ты же её потом не отстираешь от такой плохой меня, — решаю вернуться к нашей привычной манере общения, потому что эта неловкость меня убивает.

Неловкость и то, как он смотрит на меня. Будто видит впервые.

— У меня есть отличный пятновыводитель, — задирает бровь, оставаясь при этом серьезным.

Забираю футболку и осматриваюсь. Из комнаты не выйти, чтобы переодеться, а тут и непонятно как это можно сделать.

Давид понимает всё без слов. Подходит к своему столу и становится ко мне спиной.

— Переодевайся.

Вот так значит, да? Ну, хорошо. Сомневаюсь, чтобы он стал подглядывать, но всё же быстро стаскиваю с себя свою кофту и натягиваю пахнущую кондиционером для белья, черную футболку. Почти тону в ней, потому что она прилично больше.

— Почему сестре моей ничего не говорила? — вопрос застаёт меня врасплох.

Так и застываю.

Я знала, что расспросов не избежать, но надеялась все же, что получится отмолчаться.

Выдохнув, складываю кофточку и кладу её на прикроватную тумбу, а сама сажусь на край постели. Пожимаю плечами, как если бы он мог меня видеть.