Книга Запрет, страница 11 – Элла Савицкая

Инстинктивно усмехаюсь.

Принцесса, блин.

Я как её увидел в нашем задрипанном дворе, так сразу и не поверил. Вся такая стильная, красивая. Улыбается во все зубы. Ну точно, не с нашей планеты.

Выбесила меня сначала она. Радостью этой в глазах, желанием общаться. Наивная, жесть. Она бы еще как в детском саду сказала – «давай дружить».

А потом Славка её за нами потянул. Нахрена? Хотя этот оболтус общительный. Руки жмет всем подряд, и любит быть в центре внимания. Наверное, и тут решил блеснуть, показать какой он офигенный и заработать баллы от новенькой.

Потащил её в лес, придурок. Я знал, что эти двое куда—то влезут. Поэтому плюнул и за ними пошел.

Как оказалось, не зря. Вот только удивило меня поведение Дашки. Она даже истерику не устроила. Стояла тихонько плакала, пока мы пытались открыть тот дурацкий капкан. Другие бы на её месте уже выли во всю глотку. А она стойко держалась. Я даже её зауважал. Хотелось как можно быстрее помочь, чтобы она не мучилась, дурёха. И влезла же, а.

На белку видите ли засмотрелась. Это она потом рассказала уже, когда мы домой шли. Ну точно инопланетянка.

Но пахнет от неё богически. Я, когда её за талию держал, аж в глазах потемнело. Чем—то сладким таким, летним пахнет. И волосы у неё мягкие и шелковистые. И губы, пиздец какие красивые.

И вкусные, наверное.

Рывком переворачиваюсь на живот, чувствуя, как по телу струится ток.

Какие губы, блин?

Губы, как губы, ничего особенного. И сама она бесячая. Вот зачем было говорить, что это её идея была идти в лес? Жалко ей нас со Славкой стало? Сначала, главное, сама прицепилась, как пиявка, а потом вся эта фигня из—за неё же и произошла.

— Руслан? – мама заглядывает внутрь, – Чаёк тебе принесла.

— Спасибо, ма. – приседаю на кровати и тут же щурюсь от света, который мама включила в комнате.

— Пей, он горяченький, как ты любишь. Тут вот еще конфетами Зоя меня сегодня угостила. Я тебе парочку припрятала от отца, а то он использовал бы их вместо закуски, и ничего бы не осталось.

Мама достаёт из кармана пару Ромашек.

— Спасибо, – встаю и сажусь за стол. – Ты сама—то ела?

— Ты знаешь, я их не люблю, – отмахивается, улыбаясь.

Ну да, не любит. Ещё как любит.

— Давай эту мне, а эту тебе, – возвращаю ей одну в карман. – Только съешь прямо сейчас. На закуску пусть батя что—то другое найдет.

Вздохнув, мама ерошит мои волосы.

— Хороший мой. Отец завтра попробует устроиться на работу. Может, наконец, что—то выгорит.

Киваю, особо ни на что не надеясь. После тюрьмы отцу найти работу сложно. Брать отмотавшего срок решается не каждый, а если и берут, то оформлять официально не спешат. Деньги вручают в конверте в конце месяца, но часто оставляют и без зарплаты. Просто кидают. Мол денег нет. Бери едой, или каким шмотьем.

Это его сильно подкашивает. Работы он не боится, но когда этой работы нет, начинает пить.

— Сын, что бы ты хотел, чтобы я завтра приготовила? – спрашивает мама на выходе из комнаты.

— А выбор большой? Пшёнка, или рис? – разламываю в ладони бублик и забрасываю четвертинку в рот.

— А вот и нет. Я сегодня зарплату получила. Могу побаловать тебя пирожками.

— Пирожки – это отлично.

Особенно с мясом….

— Тогда испеку с капустой. Хочешь?

— Хочу, ма.