Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 8 – Анна Сешт

Ветер шептал в ветвях что-то умиротворяющее. Птицы радовались новому дню. Меджай всё думал, что же его смущает в этом месте, потом понял. Деревья и кустарники росли густо, словно в храмовых или дворцовых владениях. Значит, воды им хватало в избытке, и были оросительные каналы, за которыми кто-то следил. Но при этом всё разрослось настолько, будто рука садовника не касалась ветвей уже очень давно. Точно так же, как давно не белились стены здешних домов.

— Надо бы узнать, где здесь местные хорошую воду берут, – пробормотала девушка. – Пока из фляги смочу. Давай.

— Я могу сам.

Жрица посмотрела на него так, словно сам он не то что повязку снять, но даже собственную схенти повязать может не слишком уверенно. Не сводя с него серьёзного взгляда, чуть качнула головой, отбрасывая мешавшие косы. Тихонько стукнули деревянные бусины на концах прядей, которые вплетала ещё Садех.

— Ладно, давай, – сдался Нахт. Тихо зашипел сквозь зубы, когда она начала снимать повязку, промывать рану и наносить снадобье.

Руки у жрицы были лёгкими, касания – едва ощутимыми. Она была полностью сосредоточена на своём занятии. Большие тёмные глаза смотрели, как всегда, серьёзно. Меж бровей залегла морщинка. Её лицо было совсем близко, и хотелось коснуться этой морщинки кончиком пальца, разгладить. Жаль, что чаще её черты хранили безучастное, даже мрачное выражение. Девушки, которых знал Нахт, его ровесницы, были легкомысленными и смешливыми, с ними просто было шутить и болтать ни о чём. Шепсет же всегда держалась замкнуто, и всё же было в ней что-то притягательное – какой-то свет, который притягивал даже детей в гарнизоне. Нахт помнил, как они бегали за жрицей, словно стайка щенков, и просили рассказывать страшные истории или научить отгонять злых духов. Жрица лишнее внимание не любила, но с ними всё же немного теплела.

В общем, она была совсем не похожа на всех, кто его окружал. А уж когда ему довелось соприкоснуться с её тайнами, которые и разумом-то не охватишь…

Вспомнился один из их разговоров на привале, когда они направлялись в Уасет по распоряжению Усерхата.

«– А что ты можешь сделать там? – веско спросил Нахт. – Ты не владеешь оружием. Не владеешь колдовством.

– Ошибаешься, – мягко возразила она, не глядя на него – так и смотрела на реку вдалеке. От последующих её слов ему стало несколько не по себе. – Я умею обращаться к мёртвым».

Он не мог не спросить. И без того они избегали обсуждать подробно то, что случилось в гробнице. Разум милосердно отодвигал детали, силясь скрыть завесой забвения то, что было не предназначено для смертных глаз. И всё же меджай отчётливо помнил врагов, с которыми ему никогда не доводилось встречаться. Изломанных чудовищ, лишь отдалённо похожих на людей.

— Ты говорила, твой бывший учитель умеет чувствовать Силу чужих Ка. И даже красть её.

«Возможно, он создавал… каким-то образом создавал вместилища для Ка… чтобы лишать своих врагов силы…»

Шепсет замерла, но тут же продолжила своё занятие – только кивнула.

— Это были они? Его творения? Или мёртвые, призванные им?

Ответила она не сразу.

— Это были ушебти, созданные им из чужих Ка. Ну а мертвы те люди или всё ещё живы, я не знаю… вряд ли жизнь без Ка может быть похожа на привычную.

Нахт почувствовал, как дрогнули её ладони. Ему и самому было не по себе от этой мысли. Каково это – остаться без части души? Или ты и вовсе превращаешься в оболочку, пока твоя сила одухотворяет чудовищную статую?