Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 191 – Анна Сешт

Но даже без щита военачальник был опасен. Его тяжёлый клинок взметнулся, едва не распоров Нахту живот. Меджай отпрыгнул, кожей ощутив смертоносное движение воздуха.

Удар слева, справа – Нахт закрутил кушита в воронке атак, заставляя отступать к колонне. Бронза звенела о бронзу, высекая снопы искр. Хаэмуасет оступился, припал на раненую ногу, рухнув на одно колено.

Выбив у противника клинок, меджай занёс хопеш для последнего удара. Лезвие остановилось у самой шеи.

Дрожа от напряжения, Нахт прижимал клинок к горлу своего врага. И казалось, что весь мир вокруг затих, словно они стояли на пороге Дуата.

— Ну, что же ты медлишь? – прошипел кушит. Его глаза пылали ненавистью, пробивающейся сквозь усталость. – Или ждёшь, что буду умолять?

Нахт смотрел на него сверху вниз, вспоминая свою клятву: «Убью его, клянусь Богами… да так, что хоронить будет нечего!»

Этот человек сжёг его родной гарнизон.

Этот человек предал своего правителя.

Он не заслуживал лёгкой смерти в бою.

— Судить тебя будут Боги и Владыка Усермаатра.

1-й год правления Владыки

Рамсеса Хекамаатра-Сетепенамона

Ими

Всё смешалось: боевой клич, звон оружия, ругань и призывы к справедливости. Ими не понимала, кто на чьей стороне сражается. Она успела лишь оттащить Шепсет в укрытие небольшой колонной галереи, украшавшей тронный зал, убедилась, что Шуит затаилась рядом, и обернулась.

Чёрные псы заметались среди солдат, стараясь не попасть под удар. Ветер вцепился кому-то в ногу, коротко взвыл, когда его ударили, и устремился к девушкам, чтобы уже никого не подпускать к ним.

Вторая собака замешкалась, отсечённая от них сражающимися.

Рамсес, стоя на возвышении у своего трона, выкрикнул:

– Убей тварь для меня!

Кажется, никто не услышал приказа: все были заняты боем. Телохранители поспешно увели Владыку и госпожу Тию за трон, но не успели прорваться к потайной двери: путь им преградила свита Сенетнофрет. Рядом с ней в окружении нескольких воинов стоял немолодой мужчина, в котором Ими с удивлением узнала опального чати. Так вот кто привёл отряд, сражавшийся сейчас со стражей Рамсеса!

Она резко обернулась к дверям, увидела на пороге Хаэмуасета, уже поднявшего лук. Стрела была нацелена на собаку, беззащитную, уже не успевавшую сбежать. Шепсет закричала, но её голос потонул в общем хаосе. Ими едва удержала её, чтобы не бросилась сквозь толпу сражавшихся.

Хаэмуасет вдруг дёрнулся, и это смазало его выстрел. Собака метнулась прочь, стрела попала в неё, сбивая прыжок. Шепсет в руках Ими вдруг содрогнулась всем телом и обмякла, оседая на пол, хватаясь за плечо. Жрица Бастет потеряла собаку из вида, но что-то происходило там, потому что Шепсет судорожно хватала ртом воздух, сжималась в клубок, словно удары приходились по ней.

Вскинув голову, Ими поняла, что сбило выстрел кушита. Из коридора в него метнули копьё. В следующий миг в зал ворвался воин, в котором жрица Бастет запоздало узнала меджая. Того самого меджая, что сопровождал Шепсет.

Ими охнула, когда какой-то солдат вырос прямо перед ними. Пошатнулся, рухнул у её ног с проломленным черепом, когда чей-то удар настиг его. Ветер рычал и лаял, клацая мощными челюстями, – единственный страж, вставший между девушками и сражающимися.

Оставаться в зале было небезопасно, но и сбежать они не могли. Нужно было найти собаку Шепсет, пока ту не затоптали. Нужно было сделать хоть что-то для них обеих!