Книга Выбор богов. Книга 2, страница 159 – Анна Сешт

Нет, у Секенэфа должны быть весомые причины для этих тайн.

— Хэфер не является частью культа, – сказал Владыка наконец.

— Но как же…

— Да, он прошёл посвящение – Перкау не солгал тебе. Прошёл по своей воле.

— Не поднятый чужой волей неупокоенный мёртвый… Не жрец культа Владыки Каэмит… Тот, кому подчиняется карающее пламя… Так кто же он теперь?

— Ты помнишь, что мы узнали от старика Кахепа. Хатеп-Хекаи-Нетчери – более не легенда о былом. Мой сын ступил на путь наших забытых предков, сам того не зная… Но, – Секенэф с вызовом посмотрел на брата, – он всё ещё мой Хэфер. Если кому и под силу «соединить в мире» – так это ему. А такого я даже о себе сказать не могу.

— Да, я помню, от кого Ренэф унаследовал свой огонь, – Хатепер чуть улыбнулся.

Взгляд Императора потеплел, когда он заговорил о своих детях. Раньше дипломат замечал это за ним, лишь если дело касалось Хэфера.

— В Ренэфе много огня – так много, что поколебать хрупкое равновесие легко, и не останется места Ваэссиру. Анирет растворила бы саму себя в попытках удержать разрушение. Она – вместилище иных Сил, иных проявлений. Ренэфа – возможно, но её Сатех не выбрал бы для Своих целей.

— Для Своих целей… целей, о которых мы не знаем совсем ничего, – упавшим голосом заметил дипломат. – Как можно разгадать замысел Богов?

— Пусть мои слова покажутся тебе странными, брат, но я вижу, как обратить всё это к нашему благу. Дай мне время и увидишь сам. Всё уже пришло в движение.

Хатепер склонил голову.

— Прости, поверить даже в саму возможность такого блага мне сложно… Я вижу иное. И помню о внутренних врагах.

— Верь своему Владыке, – усмехнулся Секенэф, и его глаза блеснули. – Изначально Отец Войны – наш Бог. И может статься, на новом витке истории Таур-Дуат уже иные его последователи будут мудрее… и вернее.

* * *

Сумерки стекали со скал, струились в ущельях, выползали из провалов гробниц. Ночь мягко погружала некрополь в свою умиротворяющую власть. Границы реальности размывались.

Хэфер стоял на пороге храма, в тенях колонн, любуясь почти потусторонней красотой последней обители многих и пытаясь найти в этом покой. Ожидание начинало тяготить.

Несколько дней они провели в некрополе. Несколько дней назад один из Ануират отбыл в столицу, чтобы принести весть Владыке. Успел ли отец вернуться? Царевич надеялся только, что бальзамировщик, занимавшийся ранами Эрдана, сдержит своё слово, данное псоглавым, и не побежит докладывать, кому не следовало.

Когда слева прозвучал лай псов, надежда истаяла. Отступив в храм, он кликнул Ануират, но те уже и так были готовы. Сюда приближался один из патрулей.

Хэфер снял с пояса хопеш и присел рядом с эльфом, готовый ко всему. Убивать верных Таур-Дуат воинов он не хотел, но кто знает, как всё могло обернуться? В конце концов, некоторые его враги тоже были по-своему верны Обеим Землям. Прежде даже думать о таком было дико.

Принц пошевелился, точно почуяв опасность, и проснулся. Хэфер приложил палец к губам и кивнул на выход из зала. Затаив дыхание, они прислушивались к разговору за порогом храма.

— Здесь наше временное пристанище, – спокойно говорил один из Ануират. – Мы имеем право получить убежище под сенью любого храма Стража Порога.

— Так-то оно так, уважаемые, но наш долг – следить за порядком в некрополе, – невозмутимо отвечал другой голос – видимо, старшего в патруле. – Приказ Владыки, да будет он вечно жив, здоров и благополучен. И Первого из бальзамировщиков.