Книга Буря на горизонте, страница 214 – Анна Сешт

Царевич кивнул и нехорошо усмехнулся.

— Скоро сюда прибудут имперские солдаты и мастера для строительства гарнизона. Мы не бросаем тех, кто верен нам. Леддна и прилегающие к ней области – часть Таур-Дуат, а мы умеем защищать наши границы.

Никес склонил голову.

— Я и мои люди верны тебе, Сын Солнца. С солдатами или без, но я не позволю строить козни за твоей спиной.

— Я знаю это, – лицо царевича смягчилось, и он чуть улыбнулся. – И я благодарен. Ну что ж, коли о делах мы поговорили… отужинай со мной. Расскажи, как поживает твоя прекрасная супруга.

При упоминании о Клийе Никес и сам не удержался от улыбки.

— Клийя переняла рэмейские законы быстрее, чем многие из нас. Не знаю, что бы делал без неё. В эти дни она даже успела ввести в свой круг госпожу Алию, супругу Сафара, да так умело, словно та всю жизнь провела в Леддне.

— И это к лучшему, – кивнул рэмеи.

— Женщины в Лебайе долгое время были несправедливо унижены, и многие из них, увы, не обладают столь крепким стержнем, как моя супруга. Некоторым людям – и мужчинам, и женщинам – нравится быть «собственностью»: ничего не решать, хулить хозяев, но и не восставать против них. Я верю, это изменится… Если я смею узнать?..

— Спрашивай.

— Твой гость с супругой уже здесь, в Леддне, устраиваются в новом доме. Когда всё же тебе будет угодно объявить имя нового градоправителя?

— Понимаю твоё беспокойство, командир, – вздохнул Сын Солнца. – Я сделаю это, когда здесь окажутся новые жители Леддны, которым предстоит жить в городе бок о бок с людьми. В текущих обстоятельствах, особенно учитывая вести, что ты принёс, это более уместно.

Никес был, пожалуй, согласен, хоть и мечтал, чтобы всё уже разрешилось скорее, чтобы народ получил определённость, пусть даже далеко не все примут её охотно. Но большее число имперских воинов безусловно обеспечит порядок и закроет рты даже тем, кто смел распространять слухи о том, что царевича оставила милость Богов.

— А прежде, – продолжал рэмеи, – я хочу, чтобы мы с тобой и многоуважаемым претендентом собрались и обсудили городские дела. Время у нас ещё есть.

— Как тебе будет угодно, Сын Солнца.

Адъютант меж тем по знаку своего господина уже успел покинуть комнату и вернуться с парой слуг. Вместе они поставили невысокий столик рядом с царевичем и командиром стражи и расположили там блюда с мясом в травах, печёными овощами и свежим хлебом и кувшин с пивом в компании двух пузатых глиняных кружек, которые тут же были наполнены. Слуги безмолвно и споро разложили мясо, хлеб и овощи по тарелкам и подали царевичу и его гостю, после чего золотоглазый рэмеи снова велел всем покинуть комнату, чтобы говорить с Никесом наедине.

— Благодарю тебя за трапезу, мой господин.

— Общество надёжного союзника приятно, – ответил царевич. – Знаю, что ты оказался в непростой ситуации, временно не видя нашей поддержки. Но справился ты прекрасно. Я доволен тобой.

— Рад служить тебе.

Ароматное мясо на вкус оказалось не хуже, чем по запаху, хоть и было приготовлено без особых изысков. Насколько знал Никес, готовил для царевича тот же армейский повар, что прибыл с ним, хотя горожане пытались поставлять к столу Сына Солнца лучшие деликатесы. Без излишних церемоний рэмеи положил кусок мяса на толстый ломоть мягкого хлеба и откусил. После этого расслабился и сам Никес и приступил к еде уже без опаски повести себя неподобающе в присутствии сына Императора.