Книга Буря на горизонте, страница 117 – Анна Сешт

— А теперь я озвучу наши. Жизнь леди Нидаэ и её стража – другого эльфа ты ведь уже убил? – в обмен на жизнь твоего командира и твою. Ты передашь мне своё оружие и уйдёшь отсюда. Твои солдаты останутся здесь и примут достойную смерть в бою. Справедливо, не так ли? – Мисра чуть подалась вперёд и заглянула ему в глаза.

Ренэф очень чётко, выделяя каждое слово, объяснил ей на смеси рэмейского и эльфийского, что ей следует сделать с её условиями.

Её спутник, услышав его слова, мелодично рассмеялся. Мисра улыбнулась, ничуть не обидевшись, а потом обернулась и кивнула через плечо. Нэбвена почти бережно уложили на землю. Один из мужчин удерживал его за плечи, а второй взмахнул окованной металлом палицей, которую до этого нёс в свободной руке.

— Нет! – царевич резко подался вперёд.

Раздался отвратительный хруст ломаемой кости. Нэбвен вскрикнул. Несколько раз палица поднималась и опускалась. Правая нога старшего рэмеи превратилась в кровавое месиво.

— Достаточно, – Мисра вскинула руку, всё это время глядя в лицо Ренэфа и читая каждую эмоцию, которую тот не мог скрыть. – Ты прав, жизнь одного рэмеи, даже высокопоставленного, не стоит жизней всего отряда. Вы вольны сражаться. Кто-то, может, даже выживет сегодня. Но не он.

Ренэф ненавидел себя за беспомощность и нерешительность, но он не знал, как сейчас должен был поступить. Он не мог оставить Нэбвена. Это был друг его отца, один из лучших военачальников Империи. И это был, несмотря на всё, друг Ренэфа… Верить словам Мисры было нельзя. Им всё равно не позволят уйти. Царевич не мог даже подумать о том, чтобы бросить отряд, который он и без того привёл на смерть. Это было недостойно командира и недостойно Эмхет.

— Так ты даришь нам его жизнь? – спросила Мисра. – А заодно и свою. Когда вы проиграете бой – а вы проиграете его, – ты пойдёшь с нами. Ты будешь осуждён в Данваэнноне за нарушение договора по всей строгости наших законов. У твоего отца больше не останется наследников.

— Однажды я уничтожу тебя, – понизив голос, тихо пообещал ей царевич. – Ненавижу тебя.

— Это не так, – очень тихо ответила Мисра и улыбнулась. – И мы оба знаем это, не так ли, мой маленький бог?

Ренэф пожалел, что взглядом нельзя испепелить на месте. Его хвост хлестал из стороны в сторону, но он удержался от того, чтобы схватить её и преподать урок. Жизнь Нэбвена зависела от каждого его слова и действия.

— Я отдам тебе посла и свой меч, – процедил он и протянул руку чуть назад.

Телохранитель, помедлив, подошёл и вложил в неё хопеш, а потом вернулся в строй.

Расстаться с личным оружием было позором для воина. Мисра прекрасно понимала, чего требовала. И от него не укрылось, что как только хопеш оказался в его руке, у горла Нэбвена блеснул кинжал. Искушение убить Мисру было очень велико, но всё же не настолько, чтобы рисковать.

— Я достаточно наблюдала за тобой, чтобы изучить твои нехитрые мотивации, – с улыбкой сказала девушка. – Ты жесток, но честен. Ход твоих мыслей прост и прям, как копьё.

Ренэф сделал над собой усилие, чтобы его рука не дрогнула, когда передавал ей свой клинок. Мисра нежно провела кончиками пальцев по его кисти, по наручу и выше к плечу, касаясь кожи. Это не было отвратительно… и именно потому в тот миг он питал отвращение к себе самому.