Книга Точка Бифуркации #17. Финал, страница 52 – Дейлор Смит

— Пустое это всё! Какие могут быть между нами долги, Алексей? — дружелюбно улыбнулся Озёрский, и морщинки у его глаз разбежались лучиками. — И да, жаль, конечно, что всякий раз мы видимся с вами по таким вот не самым приятным поводам, но всё же рад вас видеть!

— Благодарю. Я тоже рад вас видеть, — ответил я, постаравшись также в ответ улыбнуться, одновременно чувствуя, как тело ещё пока плохо слушается. — Чем порадуете?

— Узнаю вас, мой друг! — усмехнулся граф. — Только пришли в себя и сразу к делу. А порадовать… — задумался он на несколько мгновений, потирая пальцем переносицу, но следом же стал медленно перечислять: — Жить будете. Дара, как мне видится, вы тоже не лишились. А вот с рукой всё не так просто. Прогнозы давать какие-то я пока что опасаюсь, но на текущий момент особых сложностей, которые могут привести к препятствиям в лечении, я не вижу.

— Хорошие новости, — ответил я, чувствуя, как камень с души покатился вниз, и покосившись в сторону левой руки, рядом с которой и находился лекарь. — Как выглядит хоть покажите…

Пострадавшая конечность была замотана в белоснежные бинты и лежала от меня как-то наособицу, на дополнительных подушках и зафиксированная несколькими широкими кожаными ремнями. Сделано было всё так, что сдвинуть её с места или навалиться сверху было невозможно при всём желании — меры предосторожности местных врачей.

— Пока нельзя. В ближайшие несколько часов лечебная мазь должна впитаться, и только потом можно будет снимать повязки, — сказал Пётр Иванович, покачав головой из стороны в сторону.

— Тебе лучше не видеть, — усмехнулся у подножия кровати Степан, привлекая моё внимание. — Но если пожелаешь, я могу в красках всё описать.

Друзья вошли в палату вместе с дядей и сейчас зависли над моей койкой, все как один уставившись на меня сверху вниз. Алиса, недовольно нахмурившись, показала им кулачок. Но я, напротив, полностью расслабился — если товарищи в хорошем расположении духа, значит дела и в самом деле неплохи.

— Обязательно пожелаю. Но немного позже. Кстати, сколько я проспал?

— Почти сутки, — тут же ответила супруга, которая, судя по усталому виду и слегка помятому платью, всё это время провела здесь со мной. Бедненькая.

— Прежде чем оставлю вас с друзьями, — вновь привлёк внимание лекарь, одёргивая манжеты своего белоснежного халата, — позвольте полюбопытствовать: чем вызвана столь странная эм… травма? Ваши люди все как один наотрез отказываются делиться со мной этой любопытной тайной.

Уж не знаю, какие цели преследовал граф, но лично мне казалось, что это просто банальное любопытство. Любопытство учёного, столкнувшегося со странным феноменом. Впрочем, это всё равно не означало, что я могу позволить себе излишние откровения.

— Это результат прохождения через манатоки огромного количества энергии, — ответил я, как считал, правду.

— Хм… — крепко задумался Озёрский, отлично понимая, что врать я не могу. — С вашим-то рангом… трудно представить, как такое вообще возможно. Тем более ваши манатоки после тех событий, можно сказать, уже калёные…

— А какой у меня ранг? — ухватившись за услышанную фразу, удивился я, вопросительно уставившись на графа. Не сказал бы, что информация о том, что я недавно перешёл рубеж, была общеизвестной.