Книга Точка Бифуркации #14, страница 45 – Дейлор Смит

— Алексей! Лёша! — тут же подоспела к нам Виктория и, с беспокойством оглядев подопечную, взволнованно произнесла: — У нас с ней прозрачный договор. Она согласна служить и принадлежит мне. Я сама ей объясню все правила и нормы поведения. Думаю, такого больше не повторится.

Я перевёл взгляд с хрипящей, трясущейся передо мной демоницы на Викторию. Её глаза были полны решимости, но в то же время в них читалось напряжение. Видимо, она не ожидала, что процесс подчинения может быть таким… жёстким. Несколько мгновений я молча смотрел на сестру, изображая мыслительный процесс, после чего коротко кивнул и заключил:

— Как прикажешь, Вика. Если она тебе пришлась по душе, то и я не против, — сказал я, отпустив контроль над демоницей. А затем, ещё немного подумав, добавил: — Только подлечи её немного… а то загнётся ещё.

Насчёт последнего я, конечно, слегка погорячился: смертельной опасности для Наамы пока не было. Бесы в этом плане были довольно выносливыми и живучими существами. Но раз уж подвернулась возможность, стоило научить сестру как делиться энергией со своими демонами, а заодно показать Нааме, что у нас есть не только кнут, но и пряник.

* * *

Покинув Темногорск, мы поспешили вернуться в столицу. Точнее, в нашу усадьбу, где я, в отличие от сестры, пробыл недолго, а вот Виктории предстояло остаться чтобы немного освоиться и привыкнуть к новой реальности, в которой в её голове теперь был постоянный сосед. Оставив сестру на попечение охраны и парочки моих бесов, я отправился дальше.

Следующей точкой моего маршрута стало студенческое общежитие, где в небольшой комнате на третьем этаже одного из блоков огромного здания обитали мои друзья. Казалось, что я там не появлялся целую вечность. Признаюсь, было любопытно понаблюдать за тем, как устроен быт у друзей, а также вспомнить своё детство и раннюю юность, когда я и сам жил в подобном месте, при нашей школе-интернате.

Ради полноты ощущений даже поднялся по лестнице, слегка ностальгируя по своей беззаботной жизни, которая осталась в далёком детстве.

Оказавшись на третьем этаже, я прошагал по небольшому холлу жилого блока и постучал в знакомую дверь — обычно бесы переносили меня прямо к ней или даже сразу внутрь комнаты парней.

Максим открыл почти сразу, как будто ждал. В руке друга находилась кружка с каким-то напитком, которую он тут же отставил себе за спину.

— О, а вот и наш вундеркинд! — с лёгким сарказмом улыбнулся товарищ, протягивая мне свою правую руку и сдвигаясь в сторону, тем самым приглашая внутрь комнаты. — Чем порадуешь? Закрыл Коновалова?

Повернувшийся на наши голоса Степан тут же снял наушники, следом поднимаясь с места и так же расплываясь в улыбке. Парни были в курсе большинства моих дел и проблем, а потому ждали моего прибытия с новостями.

— В подвале он его закрыл! — отозвался Астапов на слова друга, внимательно всматриваясь в выражение моего лица.

Степан с Максимом, к слову, не понаслышке знали кто такой наш Фёдор Валентинович, хотя и учились на другом факультете. И на сегодняшнее утро между собой делали ставки на исход моего экзамена. Стёпа отказывался верить в то, что всё пройдёт гладко, и заранее заявлял, что мне придётся разбираться с этим профессором как полугодом ранее с де Лавальер — ещё одной неприятной дамой из числа преподавателей нашего ВУЗа.