Книга Точка Бифуркации #6, страница 108 – Дейлор Смит

На крыше наблюдательного пункта всё ещё развевался флаг вражеской армии, что было тут же замечено старшиной и естественно не могло быть оставлено как есть. Пробурчав себе под нос что-то нечленораздельное, но однозначно матерное, Никалин вознамерился это непотребство устранить в самом срочном порядке.

Уже было закинув ногу на балку, внезапно мужчина остановился и немного поколебавшись, обернулся на меня и быстро оглядев произнёс:

— Ты наверное сам хочешь? - и не дожидаясь ответа добавил. - На.

Следом вновь спрыгнув на дощатый пол, Никалин протянул мне свёрток с нашим флагом и подмигнув добавил:

— Как от сердца отрываю. Но ты заслужил.

Долго не думая я принял свёрток и в несколько движений забрался на крышу "беседки", рядом с которой к вертикальной балке был жёстко прикреплён флагшток.

Операция не заняла много времени, поэтому ещё через минуту я сидел в метре от Вячеслава Степановича и с чувством выполненного долга наблюдал за быстрым движением колонны боевой техники в сторону занятых нами высот.

Да, на большей части облюбованных врагом скал ещё шли бои, а кое-где они и вовсе только начались, но те высоты, с которых простреливался маршрут движения наших войск и узкий проход между скалами, сейчас уже были за нами. Дело оставалось за малым: перекинуть войска по освобождённому коридору за спину врагу, отрезать его от тыла, после чего уже заниматься зачисткой и освоением новых позиций. Если, конечно, командование примет решение закрепляться на этом рубеже, а не наступать дальше.

— Руки на затво-о-ре, голова в тоске, а душа уже взлетела вроде-е.. - едва слышно стал напевать я и громче продолжил. - Для чего мы пи-и-шем кровью на песке? Наши письма не нужны природе.

— Красиво. Сам придумал? - уважительно кивнул старшина., коротко меня оглядев.

— Да куда там. То великий поэт. - отмахнулся я и вновь молча уставился глазеть вниз на стремительно движущуюся бронетехнику.

— А ты, я смотрю, не из самых любопытных. - наблюдая за едва-едва появившимся солнцем, нарушил образовавшуюся тишину Никалин.

"Ага, ща-а-с!" - пронеслось в моей голове. Мысли о том, кто такой и откуда этот засланный казачок, не покидали меня с того самого момента, как он едва ли не нарочно обнаружил себя. А ведь старшина вполне мог убыть вместе с остальными моими товарищами и секрет своей одарённости не раскрывать. Но нет же, захотел остаться, да помочь. Или проследить? В чём-то убедиться? Или... А-а... чёрт его знает, сиди гадай теперь! А мне оно надо, гадать? Я лучше, вон, своих бесов отправлю – пускай последят за ним, а там всё на свои места и встанет. Собственно, только это и останавливало от расспросов. Ну и заинтересованность, конечно, лишний раз тоже показывать не хотелось. В конце концов, если будет надо – сам всё расскажет, а ежели нет, то нечего ему самолюбие лишними вопросами тешить.

— Все имеют право на свои секреты. - флегматично ответил я и пожал плечами, а следом также уставился на рассвет, поправляя ремень ныне уже бесполезного автомата.

Старшина лишь довольно улыбнулся одними губами, после чего продолжил молча буравить горизонт, пока примерно через час, эту идиллию не нарушила зашипевшая рация на его разгрузке.

* * *

К штурму оставшихся не под нашим контролем высот, одарённых привлекать не стали, как, впрочем, и подразделения участвовавшие в ночной диверсии. Поэтому уже через пять часов после того как группировка наших войск прошла по перевалу Харзувчи, мы в составе нашей роты обустраивали новые позиции, спешно готовя их к возможной контратаке врага.