Книга Моя императрица, страница 15 – Дейлор Смит, Николай Иванников

— Кто такие⁈ — неприветливо бросил он. — Чего надобно⁈

Я подвинулся немного левее, нарочно встав так, чтобы меня можно было легко рассмотреть через окошко в двери.

— Камер-юнкер Сумароков с визитом, не терпящим отлагательств, — назвался я. — Со мной спутница, Катерина Романова. Вера Павловна давеча изволила посетить мой дом, но не застав меня, оставила записку, в которой просила навестить ее сразу же по возвращении из поездки. Вот сия записка…

Я уже совсем было собрался достать из кармана записку, чтобы вручить ее дворецкому, но тот уже захлопнул окошко и теперь громыхал дверными засовами. Дверь распахнулась, на крыльце забегали кривые пятна света от восьми свечей сразу, воткнутых в огромный подсвечник, что держал в руке дворецкий.

Мы прошли, дворецкий сразу проводил нас к тому самому камину, у которого мы с графиней беседовали в прошлый раз. Мы с Катериной сели в кресла. Дворецкий зажег свечи на камине, нам не пришлось сидеть здесь в потемках, и удалился.

Когда шум его шагов стих вдалеке, Катерина заметила вполголоса:

— Мрачненько… И страшновато… Не люблю оставаться в больших помещениях ночью. Никогда не знаешь, чего от них можно ждать.

Я пожал плечами.

— Ранее я бывал здесь днем, и ничего страшного не приметил. Это хороший дом. Граф Румянцев знал в этом толк.

Катерина вздохнула.

— Надеюсь, на нас здесь не нападет никакое чудовище. Слышь, Алешка… Кто был тот страшный зверь, что вломился к нам через окно? Что ему было нужно?

Я немного помолчал, подбирая слова, какими можно было объяснить Катерине все случившееся. Похоже, того объяснения, которое я дал ранее, ей было недостаточно, а далее молчать о произошедшем она не находила в себе сил.

— Это был демон, Като. Тварь, которую кто-то призвал из Запределья, чтобы убить меня… — Тут я нашел в себе силу усмехнуться. — Но как видишь, это не так-то просто сделать! Я никому не позволю причинить вред ни мне, ни тебе.

Я почему-то полагал, что в ответ на эти слова она улыбнется, и потому был несколько удивлен, увидев, как она нахмурилась.

— Тебе известно, кто мог призвать эту тварь? — спросила Катерина.

— Пока нет, — качая головой, отозвался я. — Но я обязательно это выясню. Могу лишь предполагать, но это весьма неточно.

— Что ты мог такого натворить, Алешка, что кто-то решил убить тебя?

Я скривил губы, демонстрируя, что на этот вопрос ответа у меня тоже нет.

— Я не знаю, Като… Я вообще ничего не знаю! Кто-то все время играет со мной, как кот с мышью, а я даже не знаю, что нужно сделать для того, чтобы он меня отпустил. Я не знаю, чего он от меня хочет, Като!

Должно быть с голосом моим в этот момент случилось что-то не неладное, потому что Катерина вдруг прищурилась и уставилась на меня пристально, очень пронзительно. Мне даже не по себе стало, и я, кашлянув, потер горло.

— Странно все это, — сказала наконец Катерина. — Магия, демоны… Проще было бы пристрелить тебя темной ночкой — и шито-крыто. И не нужна никакая магия и никакие дурацкие демоны, которые бьют окна, пугают девчонок, а потом уходят подобру-поздорову…

Эти ее слова выражали все те сомнения, которые одолевали и меня самого. А потому мне не оставалось ничего, кроме как согласно покивать.

— Действительно странно. И боюсь, что это не последние странности, с которыми мне предстоит столкнуться.