Книга Моя императрица, страница 104 – Дейлор Смит, Николай Иванников

Мы подошли к дому, и я громко подолбил кулаком в дверь.

— Бабка Варвара! Это я, Алешка Сумароков, барин твой! Выходь во двор, чего ты там в потемках хоронишься⁈ И утопленницу свою прихвати, следствие вести будем по всем правилам!

Сначала в крошечном оконце мелькнула какая-то тень, а потом дверь отворилась со страшным скрипом, и во двор вышла согнутая как крюк старуха Варвара, глядя куда-то мимо нас сквозь тонкие щелочки глаз.

За ней следом показалась девица возраста помладше моего на вид. Круглолицая и темноглазая, но при этом очень бледная. Длинные волосы ее отдавали легкой рыжиной, а на щеках можно было увидеть бледные веснушки.

Я хотел немедленно начать допрос, но вдруг заметил каким взглядом она смотрит куда-то за мою спину. Обернувшись, я понял, что смотрит она на Катерину, а та в свою очередь тоже смотрит на нее во все глаза.

Понимая, что сейчас что-то произойдет, я отшагнул в сторону.

— Катька… — тихо и слезливо пробормотала «утопленница». — Кать, это ты? А это я, Кать…

— Настя… — очень тяжело выдавила из себя Катерина. — Вяткина, как же так?..

В Светозары мы возвращались в полном молчании, за всю дорогу никто не проронил ни слова. Матушка с Лизаветой так и не поняли ничего, да и я тоже всего не мог взять в толк. А объяснять сейчас что-либо Катерина не собиралась. Она сидела рядом с Настей и обнимала ее за плечи, а та время от времени принималась плакать, вздрагивая всем телом. Впрочем, она быстро справлялась с собой, унимала-таки плач.

Но когда коляска свернула за колок, и вдалеке уже показались Светозары, всеобщее молчание было прервано. Потому что в очередной раз быстро справиться со слезами Настя уже не смогла — так и зашлась в почти истеричном рыдании — и тогда Катерина сильнее прижала ее к себе, погладила по волосам и проговорила:

— Ну всё, Настюх, всё… — Тут она отчего-то виновато глянула на мою матушку. — Всё уже закончилось. Теперь мы снова вместе.

— Как я понимаю, вопрос с установлением личности нашей «утопленницы» решен, — сказала матушка. — Я предполагала, Катерина Алексеевна, что для вас это не составит большого труда, но и подумать не могла, что вы справитесь настолько скоро! Скажите, я уже могу поинтересоваться, с кем все-таки имею честь?

Катерина в очередной раз погладила Настю по голове и согласно кивнула.

— Я вам все объясню, — сказала она. — Только, если позволите, сделаю это немного позже. Вы же хотели нынче вечером прогуляться со мной по вашим владениям? Вот тогда и поговорим. Я сейчас и сама еще многого не понимаю…

— Если вам понадобится еще одна комната, — вставила свое слово Лизавета, — я могла бы временно поселиться вместе с Санечкой в ее комнате, а свою могу предоставить для вашей гостьи… Извините, я не расслышала имени…

— Настя, — тут же подсказала матушка, пихнув Лизаньку локтем. — Тезка моя, дуреха ты!

— Спасибо большое, — с благодарностью кивнула Катерина Лизаньке, — но в этом нет никакой необходимости. Анастасия остановится со мной в моей комнате.

— Да, но там совсем мало места… — начала Лизанька.

Однако Катерина ее оборвала:

— Ничего! В тесноте, как говорится, да не в обиде. К тому же нам с Настей просто необходимо пообщаться с глазу на глаз, учитывая обстоятельства ее здесь появления.