Книга Немое Заклинание, страница 78 – Дейлор Смит, Николай Иванников

Остановившись в нескольких шагах от маркграфа, мы сделали вид, что просто наблюдаем за церемонией, однако при этом продолжали следить, когда же британец перестанет болтать и удалится прочь.

Через пару минут тот оставил наконец Хардинера в покое и отошел, а маркиз де Бомбель очень быстро, пока никто другой не занял внимание маркграфа, подошел к нему и церемонно поклонился. Хардинер ответил ему коротким наклоном головы.

— Ваше сиятельство, — сказал ему маркиз, — разрешите представить вам моих новых друзей…

Он указал на нас с Кристофом, и мы не замедлили подойти.

— Господин Сумароков и господин Завадский прибыли в Великое княжество из Санкт-Петербурга по служебной надобности. Они сопровождали принцессу Ангальт-Цербстскую до самого Сагаринуса.

Хардинер с неподдельным интересом осмотрел нас с Кристофом.

— Весьма рад знакомству, господа, — произнес он на чистейшем русском языке, и мне показалось, что я даже услышал знакомые новгородские нотки в этой фразе. — Однако я не припомню, чтобы путь принцессы Софии Августы Фредерики лежал через российскую столицу.

Я смотрел в его лицо и вдруг отчетливо осознал, что при следующей встрече, дабы таковая состоится, я могу и не признать маркграфа. Совсем не напрасно он получил прозвище Неприметный. Даже за время столь короткой беседы он успел поменяться дважды, и оба раза это были совсем разные личности. Черты его лица менялись самым замысловатым и непредсказуемым образом, и осознание того, что перед тобой находится один и тот же человек сохранялось лишь потому, что я при этом неотрывно смотрел ему в глаза. Мой мозг просто не позволял мне допустить мысли, что это могут быть разные люди.

— Нам выпала большая честь повстречать карету принцессы по пути к границе, — отозвался я, глядя маркграфу в бездну глубоких глаз, чей цвет то и дело менялся с голубого на карий. — Им изрядно досталось в дороге, и все их сопровождение было утрачено в разного рода передрягах.

— В наши неспокойные времена путешествия — достаточно опасная штука, — согласился Хардинер, вцепившись в мой взгляд и не отпуская его. — Хвала господу, что принцесса и ее матушка-герцогиня никак не пострадали в пути!

— Хвала господу! — немедленно подхватил я. — А также тому, кого он избрал своим оружием, дабы защищать принцессу от дорожных невзгод. При столь высокопоставленных дамах остался только один живой офицер, и он до конца и с честью выполнял свой долг. Я имею в виду обер-вахмистра Генриха Глаппа, который только что был арестован гвардейцами по какому-то смешному обвинению…

— Обвинение в покушении на княжескую честь вам кажется смешным, мсье Сумароков⁈ — прервал меня Хардинер, неожиданно перейдя на французский.

— Нет, но… — я смешался. — Уверяю вас, это просто досадная ошибка! Все свободные лошади были утрачены, и герр Глапп был вынужден сопровождать дам, сидя в их карете. Так сложились обстоятельства! Он весьма благородный человек, уверяю вас, и при этом отличный офицер… У него и в мыслях не было бросить тень на честь принцессы!

Продолжая удерживать мой взгляд, маркграф расправил плечи, высоко поднял голову и вновь поменялся до неузнаваемости. Я мог бы поклясться, что даже парик у него немного изменил свою форму. Нос заострился, глаза углубились и сменили цвет на водянисто-голубой. Подбородок стал каким-то тяжелым, и когда Хардинер вновь заговорил, он даже не шелохнулся, а двигались при этом только губы.