Книга Немое Заклинание, страница 40 – Дейлор Смит, Николай Иванников

— Хорошо, — согласился Кристоф. И сразу же заключил: — Птицы?

— Уже теплее, — прищурился я. — Продолжайте, мой друг. Что подозрительного вы нашли в этих птицах?

— Господи, да в них все подозрительное! — голос у Кристофа дал «петуха», как это обычно с ним бывало, когда он начинал волноваться. — Я никогда прежде не встречал птиц, которые могу сожрать человека!

— Герр Глапп упоминал даже про лошадь, — согласился я.

— К тому же эти стрижи-людоеды никогда не появляются на русском берегу Серебрянки! — заметил Кристоф очень торопливо, словно ухватился за кончик отличной мысли и теперь боялся ее потерять. — Можно предположить, что заклятье морока было наложено именно на высокий берег Зильберхали, но русское название реки в нем нигде не упоминалось.

— Потому морок и не может влиять на то, что происходит на противоположном берегу! — закончил я за него.

— Выходит, морок начался уже сразу за мостом через Серебрянку? — с вопросом в голосе предположил Кристоф. — Значит, никаких стрижей-людоедов там и в помине не было?

Я смотрел на него в упор, понимая, что мой неофит все-таки смог докопаться до истины.

— Получается, что и Бернарда они не убивали? — спросил я.

— Господи… — прошептал Кристоф, нервно потирая себе щеки. — Но кого же мы тогда похоронили?

Еще несколько мгновений мы напряженно смотрели друг другу в глаза, а затем, не сговариваясь, кинулись к своим скакунам. Запрыгнули в седла и что было сил рванули в обратную сторону, туда, где осталась на краю дороги одинокая могила с лютеранским крестом в изголовье.

Сказать, что мы очень торопились, означало не сказать ничего. Мы летели как стрелы из татарского лука, как пуля из пистолета, будь он неладен! Ветер так и свистел у меня в ушах, и я благодарил бога, что мы не успели отъехать слишком далеко от того места, где похоронили беднягу Бернарда. Хотя…

Бернарда ли?

Могилу мы едва не проскочили. Точнее, Кристоф ее как раз проскочил, и если бы я его не окликнул, то он мог бы так и скакать до самого берега Серебрянки. Точнее, Зильберхали, как ее здесь называли.

Спрыгнув с лошадей, мы подбежали к могиле, и я успел подумать: «Плохо, что не захватили лопату».

Кристоф вырвал из земли крест, отбросил его в сторону и упал на могилу коленями. Принялся раскидывать землю по сторонам. Я кинулся ему помогать. Недавно разрытая земля поддавалась хорошо, порой приходилось отбрасывать целые комья, пронизанные тонкими белыми корнями.

Быстрее, быстрее! Разрази меня гром!

Кристоф с криком вдруг отпрыгнул от могилы, и я в первый момент не понял, что произошло. Подумалось, что он наткнулся рукой на какую-нибудь острую ветку, которую мы случайно уронили в могилу, когда ее закапывали. Но потом понял, что вовсе не ветка была тому причиной. Потому что я увидел, как земля вдруг пошевельнулась, треснула, и из этой трещины высунулся палец.

— Он живой! — тяжело проговорил Кристоф, испуганно глядя на этот палец. — Он живой!

— Помогай! — заорал я на него, видя, что мой неофит никак не может прийти в себя. — Быстро!

Кристоф вновь подскочил, и мы вместе принялись раскидывать землю вокруг руки. Освободив ее по локоть, вместе схватились за нее и потянули вверх. Кристоф даже закричал от натуги и упал задом в траву, когда рука вырвалась из-под земли по самое плечо.